Мы вернулись к гостям одновременно с Улией. Та, оказалось, с удовольствием танцевала с каким-то кавалером, проводившим юную леди прямо к брату. Граф Аранский отошёл, а я, обменявшись с Улией впечатлением, отошла попудрить носик, так сказать.

Мне нужно было побыть одной, в тишине, и подумать. Но я не стала искать дальние закоулки, помня об одном инциденте, в таком большом замке за всеми не уследишь. И накинув тёплую шаль, попросила слугу никого не пускать на небольшой балкончик. Такие крошечные балкончики находились недалеко от основных залов, но не пользовались популярностью, так как были крошечным, открытыми и не отапливались.

Я дышала морозным, свежим воздухом, и отрешилась от приглушённых звуков, идущих от залов с гостями. Думаю, я слишком долго пробыла снаружи, дума о своём, так как почувствовала неприятный запах явно с соседнего балкончика. А потом поняла, что продрогла. Но справа балкончики пустовали, а слева находился угол. Я поняла, что там кто-то покуривает что-то очень неприятно пахнущее. Хотела было уйти, когда услышала знакомый голос. И замерла испуганной птичкой.

Это точно был голос повзрослевшего Джона Литона. Второй мужской голос был мне неизвестен. Но не это заставило остановиться, хотя я уже собиралась тихо уйти, немного продрогнув. Да и что я там могла услышать? К тому моменту я твёрдо решила не забывать, кто была я и кто был мой фиктивный жених. Не стоило питать лишних иллюзий, хотя…

Если бы не все эти условности, стоило признать, что граф меня действительно волновал. Он был мужчиной, каких поискать. И мне казалось, что мы подходили друг другу. А ещё он волновал меня, и сила чувств к Киарну меня даже пугала. Он весь, целиком нравился мне: и его внешность, и то, как он вёл себя. Его поступки, как он относился ко мне.

Вот только всегда было это «но» — разница в нашем положении.

Странные, навевающие беспокойство слова заставили застыть у двери, а после тихо повернуться и подойти ближе к углу, чтобы лучше слышать. Голоса звучали негромко, но вкрадчивые интонации заставили прислушаться:

— Он что-то заподозрил?

— Нет. Всё идёт по плану. Он сам идёт в ловушку, из которой ему будет не выбраться. Да что ему, я уверен, у нас получится уничтожить все посадки в королевстве. К тому времени мы успеем уехать и переждать в безопасном месте. Прошение я подал и получил добро, на нас никто не подумает.

— Не забудь обо мне, Уи…

— Шшш, я же просил. — Шипящей змеёй ответил недовольный голос. — Без имён. Ты получишь всё по договорённости. Когда всё закончится, мне обещали многое. Ну, ты и сам видел магическую печать на договоре. Я благодарен тебе за помощь в переговорах с нашими общими знакомыми. Твой вклад не останется без достойной оплаты. — Тишина, и обеспокоенно: — Ты слышишь? Какой-то шорох. Расходимся, я пойду первым. Подожди здесь минут пять.

Я стояла тихо, замерев, пережидая расставание двоих соучастников какого-то заговора, а когда убедилась, что наступила полная тишина, я тихо вышла. И внимательно оглядела стену слева. А ведь вход на левый балкон находился в другом коридоре, а значит, говорившие были уверены в безопасности, хотя всё равно таились.

Я основательно продрогла, но по словам заговорщиков поняла, что разговор мог идти о том самом соглашении об обмене земли, и поспешила к Кирану.

Улия пожала плечами и ахнула, когда прикоснулась к моей руке:

— Да ты вся холодная! Тебя нужно срочно согреть!

Отмахнулась, так как тайный разговор сильно повлиял на меня, я решила найти Кирана и рассказать ему о том, что услышала. Но Улия только улыбнулась мне и покачала головой:

— Он уже ушёл, закрылся у себя, не велел беспокоить. Как выйдет, так и поговоришь.

Поняв, что там сейчас будет происходить подписание того самого договора, и, возможно, какой-то ужасный обман, настояла на своём. И Улия позвала одного их старших лакеев, который имел соответствующий ранг провести меня до самой переговорной графа Аранского. Путь до места был наводнён стражей, причём не только знакомыми лицами.

Я уже расслабилась, понимая, что мне и нужно-то пару минут, чтобы всё рассказать, когда лакей довёл меня до уютной небольшой гостиной, примыкающей к тому самому кабинету. Внутри гостиной сидела графиня Кэрол Монтегю, окинувшая меня внимательным взглядом.

Она махнула рукой, показывая на соседнее кресло, предложила:

— Садитесь. Я так понимаю, вы уже успели соскучиться по своему жениху. Или причина в другом? — Моя невольная собеседница посмотрела на меня особым взглядом и продолжила: —О, не беспокойтесь, я Кирана знаю много лет. Он всегда был слишком верным, слишком справедливым. И слишком правильным. Вы же понимаете, о чём я?

Я настороженно ответила:

— Совершенно точно нет, графиня Монтегю.

— Ах, как я не люблю, когда меня так называют, ведь я ещё так молода. Жаль, мы не успеем с вами достаточно узнать друг друга, чтобы перейти на имена. А это, возможно, было бы даже любопытно.

— Почему же невозможно? Вы уже возвращаетесь к себе?