— Несколько лет назад лорд Роберт устроил моего племянника к уважаемому Картену Одри, поверенному лорда. И вот, буквально позавчера мне письмо пришло. Сгорел уважаемый Одри, да причём в кабинете своём. Племянник писал, какие только сплетни не ходят. Разбираются пока с делом, много там неясного. Но кабинет сгорел весь. Хотя защита ритуальная на документах, что хранились, была, и хорошая защита. Постарался злоумышленник, хорошо постарался.

Я в сердцах ответила:

— Что ты такое говоришь, Матей? Сам же только что сказал, что защита была и сильная. Тем более что там мне досталось? Поместье, немного земли да денег немного. Но деньги быстро уйдут, поместье покинуто давно.

Я отказывалась верить. Правда, зачем это Пейтонам? Не ради же крохи такой жизни человека лишать? А Матей мне и ответила, да так, что я вспомнила тот, давний разговор графа и графини Пейтон. Что с деньгами у графа сейчас туго.

Матей тоже слышал кое-что и передал:

— Лорд Роберт сумел внука разговорить. Нортон нетрезв тогда был, вот и выдал всё как на духу. Жаловался на отца, что тот его денег лишил. Мол, и так на него кучу денег потратил. А доход с графства не резиновый. Обещал сыночка на военную службу отдать. Лорду Роберту эта мысль понравилась. Да только этот малохольный, ну, внучёк, Нортон, и сказал, что не будет он воевать. И жизнь ему дана не для того, чтобы глупо умереть во славу неизвестно чего. Ох, лорд Роберт и рассердился.

Я кивнула, добавив:

— Да уж. Для деда это был удар. Ведь он как раз и получил земли в личную собственность за верную и опасную службу. — И тут я вспомнила, что дед до конца не мог определиться, передавать ли собственные земли Нортону, как и просил граф Пейтон. — Так получается, что Нортон сам лишил себя возможности получить всё, что было у лорда. Но ведь земли всё равно отошли ему, почти все.

— Все, да не все. Про приданое жены, Амалии, в девичестве Литон, слова не было. Земель там было мало, лорд и прибавил вам в наследство ещё кусочек, от тех самых земель, что достались за службу. Там как раз три деревеньки и выход на большой торговый тракт. А то земли Литонов очень уж неудобно располагались. Да, там много озёр, но лорд Роберт говорил, что всё верно рассчитал. С этими землями у вас будет шанс поднять усадьбу. Да и личные средства он поделил на вас двоих. Сын не оставил ему выбора.

Матей покачал головой и объяснил мне, как было дело у лорда Роберта с сыном. Они заключили договор, скрепив магически. А вот формулировку Матей тоже помнил, как не помнить, если лорд сам всё и передал. Ему нужно было выговориться, понять, не забыл ли он чего. А Матей много лет был при лорде Роберте, воевали вместе, столько вместе прошли. Как не доверять?

— Так вот, леди Кронк, формулировка в магически скреплённом договоре, пусть даже и устном, первейшее значение имеет. Когда вы подадите права на наследство, граф Пейтон обязан учесть этот момент и подтвердить вашу свободную волю. Вы станете землевладелицей, и отец над вами власть потеряет. Поэтому вы сейчас выйдите, возьмёте то письмо и спрячете так хорошо, чтобы никто не нашёл. Того завещания, что лорд Роберт оставил поверенному, больше нет. Я присмотрю за своим лордом, поспешите, кто-то слишком хорошо заметает следы.

По совету Матея я сидела как мышь под веником. Да, именно так он и выразился. А я глупой не была. И больше меня проняло не его предупреждения, а то, что буквально на следующий день, когда я полдня провела вне комнаты и вернулась, чтобы отдохнуть до ужина, который вынуждена была разделять с остальными Пейтонами, я поняла, что в моей комнате кто-то был.

Нет, вещи вроде были на месте, но по мелочи то одно немного не так лежало, то другое. Это насторожило и даже испугало. С того самого дня я каждый вечер подвигала тяжёлый стул и упирала в дверную ручку. Защита не самая надёжная, но точно разбудит меня, да и шум поднимет.

Здесь у меня не было личной служанки. Да, мне определили временную личную горничную, ведь теперь я была баронессой, и положение обязывало. Застегнуть сзади пуговицы или застёжки я и сама могла, направив каплю магии, но казусы со столь мелкой работой, тем более, когда не видешь результата, могли случиться. Служанка обычно помогала мне с причёской, да и с нарядом. Так было принято.

Я опять училась, мастер Лавли приехал, согласившись помочь подтянуть знания и правила поведение в обществе уже как баронессе, носительнице титула. Как выразился сам мастер:

— Теперь к вам, милая леди Кронк, будет более пристальное внимание. Очень уж быстро вы поднялись по положению, да ещё и не растеряли тех выгод, что сулит женитьба на невинной леди.

Я кивала, понимая, о чём говорит мастер, помнила, что он же мне и рассказывал перед моим замужеством. Если дева невинна, её магия легко входит в резонанс с магией мужчины, и дети рождаются легко. Пара настраивается друг на друга, магия переплетается.

В том-то и была моя ценность. Я, как будущая жена, была ценна тем, что была чиста. Здесь не так была важна сама невинность. Поэтому девушки без магии относились к этим моментам не так серьёзно. А вот магически одарённые и знатные были под серьёзным контролем старших в семье.