Мы сидели и обедали после долгого и вдумчивого разбора договора. И его подписания, конечно. Куда бы я делась? Понятно, что это нужно было мне больше, чем графу. Вот только и ему шла выгода с этой сделки, а ничем иным я эту помолвку назвать не могла. И не стоило об этом забывать.

Совместный обед оставил во мне смешанные чувства. Я не привыкла к такой отстранённости, а милая Улия спросила меня с толикой беспокойства:

— Алисия, ну ты что? Ты будто обиделась. Или что?

— Твой брат изменился. Он не был так сдержан, когда мы встретились первый раз. И потом, позже, когда я попросила о помощи. Он будто замороженный какой-то. И равнодушный. Это из-за меня?

Если так, то мне будет тяжело жить с таким равнодушным человеком, встречаясь с ним каждый день, а то и не по разу. Обедать, ужинать, общаться. Мне уже хотелось вернуться к себе, домой. А ведь придётся теперь что-то придумывать, жить на два дома.

Здесь, в замке, как невесте графа мне выделили шикарные покои. Да и о рабочей комнате позаботились. Киран всё и выспросил, а потом лично дал распоряжение.

Подумала о его ненавязчивой заботе и поняла, что графа нужно было судить не по словам, а по делам.

Улия как услышала о брате и нашем знакомстве, загорелась и стала просить:

— Ох, так интересно. Расскажи, как вы познакомились, Алисия. Погоди, а ведь брат ездил по поводу моей помолвки с Нортоном. — По реакции Улии я поняла, что он ей не нравился. Но отвлеклась от мыслей, что та ведь и сама присматривалась к возможному будущему мужу.

И когда я дошла до момента, что просто потянула графа в сад, объясняя, что чему свидетельницей стала, и за кого именно боюсь, она сильно удивилась переспросив:

— И что же, ты его прямо так потянула за собой? И он позволил?

Я пожала плечами, а моя собеседница весело рассмеялась, слушая мой рассказ, и ответила:

— Его дамы жутко боятся. Сначала, как узнали, что Киран оказался свободным, такую охоту за ним устроили. Так обнаглели, что одна решилась, в кровать к нему забралась. А он злой был, потому что тогда много ездил ближе к границе, зачищал оставшихся захарцев, да и обычных разбойников ловил по своим землям. Война, с посевами было туго. А значит, и с едой. Хорошо, что всё восстановили.

Я смотрела на Улию, то беззаботно улыбающуюся и смеющуюся, то вспоминающую сложные времена, и понимала, что ей пришлось перенести немало в детстве. А она не потеряла эту лёгкость. В отличие от старшего брата. Тот закрылся и вытащить его будет не так просто.

Замерла, поймав себя на мысли, что думаю о подобном. И запретила себе сразу, как поняла. Зачем мне это, если у нас была фиктивная помолвка? И нечего было лезть в душу другому человеку.

Улия не давала мне погрузиться в пучину сомнений и внутренней тревоги по поводу того, что я сделала. Она внимательно выслушала краткий рассказ о моём спасении. Я с огорчением ответила, что там есть моменты, которые я не могу ей передать, Киран не велел. И Улия со вздохом, но приняла эту данность.

Здесь, в замке, наблюдая за маленькой семьёй графа, я поняла, как был выстроен быт в этой семье. А ведь я тоже росла в семье графа, но разницу я ощущала. Да, Киран был осторожен и нелюдим. Вот только о сестре он заботился и любил. И даже меня начал вводить в этот внутренний круг, смягчив тон, когда я за ужином спросил, что я решила насчёт платья.

Я растерянно ответила, не понимая, зачем ему нужны были эти мелочи:

— Я надену своё платье, а уважаемому Веру я уже написала, отправив срочным вестником. Ответ я получила быстро. Уважаемый Вер расстроился, ведь этот наряд ему очень понравился, но зная ситуацию, решил надеть его в следующий раз.

Киран кивнул и добавил:

— К нам в ближайший месяц буду приезжать представители родов, претендующих на руку моей сестры. Пока зима, ей стоит найти достойного жениха. Я решил не откладывать это, хотя Улия и просила. Но ситуация в стране… — И уже с нажимом сестре, возмущённо застывшей с ложкой в руке, и смотревшей на старшего брата так, будто не ожидала от него такой подлянки: — Да, Улия, тебе нужно будет выбрать. Я не тороплю тебя, тем боле, что молодые наследники и вторые сыновья, те, кого я посчитал достойными, будут приезжать с главами. Заодно я смогу решить и вопросы защиты наших общих границ.

Улия не выдержала и воскликнула, словно маленькая:

— Но ты обещал, говорил, что время есть до лета. А теперь что? Опять все эти вечера, бесконечные встречи, вереница незнакомцев? Не лучше ли будет опять поставить меня перед фактом? Как с Нортоном.

Я понимала, что Улия была зла, растеряна, но била она верно, и, похоже, попала с ответом «в десятку».

Пауза, тишина, повисшая в обеденном зале, а и сама замерла, понимая, что девушка перегнула палку. Но Киран молча взял бокал, отпил из него, и ответил даже слишком ровно, хотя я видела, что это далось ему с трудом: