— Не так всё, Алисия. Ты мала ещё, не понимаешь в мужчинах ничего. А я вижу. И… — Лиза замялась, но решительно продолжила: — Я спрашивала тётушку Сарту, у неё же есть капля силы, и она сказала, что Торану я очень приглянулась. Он раньше сразу, как понравится ему кто, сама знаешь куда звал. А со мной он так себя не ведёт. Я всё тётушке и рассказала, а она говорит, что подходил к ней Торан. Но всё равно советовала с ним никуда не ходить. Очень уж он жарко смотрит, Алисия. Иногда специально, когда только я вижу, как глянет, я аж вся мягчею, гляжу на него в ответ, а внутри у меня марашки расползаются по телу. И дурная становлюсь, ничего не соображаю.

Я хмыкнула:

— Так ты что, сама боишься не устоять? — Судя по выражению лица, Лиза действительно опасалась. — Тогда пойдём только вдвоём.

Так и решили. Начало нашей вылазки прошло спокойно, как мы и рассчитали. А на самом чердаке я никак не могла найти источник того зова. Ходила кругами по чердаку, пока не упёрлась в стену. В ней была дверца, да только закрыта она была на странный замок.

Лиза подошла за мной и спросила почему-то шёпотом:

— Ты что, оттуда чувствуешь этот свой зов?

Я кивнула, вслух подтвердив:

— Да, оттуда.

Я прислонилась ухом к стене, но там была тишина. Я подёргала тот самый замок, а Лиза потянула меня от него, с ужасом прошептав:

— Ты что творишь, Алисия? Это замок на господскую часть чердака, и ключ от замка только у управляющего Торкина.

Мы постояли, посмотрели на дверцу, Лиза покачала головой, словно мои мысли читала:

— Нет, он тебе не разрешит. Ты и сама знаешь, как он к тебе относится, Алисия.

Да, старший мастер Торкин меня будто не замечал, хотя я была ответственным сборщиком уже не один год. Но все дела так и вела тётушка, а я только передавала ей собранное сырьё.

Мне хватило одного разговора с управляющим, чтобы понять — он мне честно за травы не заплатит. Так и случилось в самый первый раз. Так что тётушка вместе с остальным сырьём передавала ему и мои травки. А я на каждое её день рождения, или в праздник урожая, в королевстве это был очень важный праздник, одаривала её очередной вышитой красотой.

Я расстроилась, правда. Мы вернулись каждая в свою комнату и я легла спать. В ушах всё так же иногда гудело, что раздражало неимоверно, но за прошлый день я уже попривыкла. Да и зов стал слабеть.

А ночью я проснулась, сама не понимая, что происходит со мной. Моё тело не повиновалось мне, его что-то вело, но я осознавала всё, что делаю. И это точно не было сном, слишком всё было реальным.

Самым большим шоком для меня был момент, когда я зачем-то подошла к тупику в одном из старой части поместья на верхнем этаже, совсем под крышей, недалеко от господской части. Рука поднялась, и я зашарила по стене. Нажала на один из камней, а стена здесь была не заштукатурена.

Небольшая часть стены отъехала, превращаясь в проход. Я всё ещё не могла двигаться сама, а только смотрела в непроглядную темноту, в панике думая, что там. Тело двинулось без моей воли, и я пошла в эту темноту.

Тихий шелест за мной, видимо, закрылась дверь, и я шла дальше. Узкие коридоры, я даже не пыталась запомнить, бесполезно. Я стала подниматься по лестнице, открыла дверцу в потолке, к которому и шла эта узкая лестница, и оказалась на чердаке.

На полу пыли не было, здесь было достаточно старых вещей, но всё было не такое, как там, на части для слуг. Это точно была господская часть. Я продолжала идти, пока не упёрлась в сундук, стоявший в углу, недалеко от окошка.

Здесь всё ещё было темно, хотя чуток света и проникало из небольшого окошка. Я положила ладони на крышку сундука и поняла, что могу его открыть, что и сделала.

Откинула крышку и зашарила рукой в сундуке, не обращая внимания ни на что. Мне нужен был источник зова и я его нашла, нащупав, наконец, мягкий бархатный мешочек. Развязала тесёмки, и на ладонь что-то упало. Толчок, и я опрокинулась на попу, другой рукой нащупывая что-то в ладони. Мне жизненно важно было надеть это на палец. Немедля!

Как только кольцо оказалось на пальце, меня отпустило. Мгновенно, разом. Я выдохнула и зашарила глазами и не находила ничего, чем могла бы себе посвятить. Попыталась найти что-то на стене и по углам. Бесполезно.

Я не собиралась уходить отсюда, оставляя всё в сундуке. Нет уж! До меня сундук был закрыт, я сама слышала щелчок замка, когда дотронулась до крышки. Я нутром чувствовала, что здесь лежало моё наследство, и я не собиралась уходить без ответов.

Я догадывалась, чьё это было имущество. Моей мамы. А мне сегодня исполнилось четырнадцать, первый возраст наступления совершеннолетия. Магия во мне ещё формировалась, а следующий этап настанет в шестнадцать. Потом ещё год и всё, в этом мире я буду считаться взрослой.

Да, здесь я становилась полностью самостоятельной в семнадцать лет. Если на мне не было обязательств рода. А они были. Это мне никто ничего не должен был, а вот я должна.