— Нет, — коротко глянул на меня. — В десяти минутах от него.

Понятно.

Проезжая мимо заснеженных полей и леса, я немного отвлеклась. Рассматривала пейзажи за окном. Голые ветви деревьев были покрыты инеем, снег мягко искрился под светом солнца, а где-то вдали виднелись редкие огоньки домов. В машине было тепло, уютно. Пахло мужским парфюмом Макса и чем-то древесным. Спокойным. Надежным.

Через те самые десять минут мы свернули с трассы на небольшую дорогу, уходящую вглубь лесополосы. Снег здесь был почти нетронутым, а фонари стояли редко, создавая ощущение полной уединенности.

Еще пара минут — и вот мы уже на территории дорогого частного сектора. Много больших домов с высокими заборами, подсветкой и охраной. Все выглядело дорого, красиво и… слишком идеально. Прям как в поселении Ники. Тут не так масштабно, но не менее впечатляюще.

— Приехали.

Макс остановился напротив высоких автоматических ворот. Металл мягко блеснул в свете солнечных лучей. Через пару секунд раздался едва слышимый механический гул, и ворота медленно поползли вверх.

Когда дорога открылась, машина плавно въехала во двор.

Я сразу замерла, рассматривая огромный особняк перед собой. Дом выглядел как с картинки из дорогого журнала. Светлый камень, высокие панорамные окна, колонны у входа, мягкая теплая подсветка вдоль дорожек. Все вокруг было укрыто снегом, а на ветках деревьев мерцали маленькие гирлянды. Настоящая зимняя сказка.

У меня даже рот приоткрылся от удивления.

— Это твой дом!? — задала я, наверное, самый глупый вопрос в своей жизни.

Макс тихо усмехнулся.

— Ага, — улыбнулся он, заезжая в просторный гараж.

Наконец машина остановилась. Двигатель затих, и в салоне повисла уютная тишина. Макс повернулся ко мне.

— Добро пожаловать.

Он первым вышел из машины, а затем открыл дверь с моей стороны и протянул руку. Я осторожно вложила ладонь в его теплую руку и выбралась наружу.

В гараже оказалось неожиданно тепло и идеально чисто. Даже воздух тут был приятным. Пахло деревом, чем-то свежим и дорогой автомобильной химией. На полках все стояло ровно по местам: инструменты, коробки, какие-то детали. Ни пыли, ни разбросанных вещей.

Я привыкла, что гараж — это всегда хаос. Грязь, запах бензина, старые банки, вечный бардак. А здесь… словно отдельная комната в доме.

— Вау, даже тут у тебя порядок, — невольно усмехнулась я, оглядываясь.

— А как же, — с гордостью ответил Макс.

Он забрал мою сумку из машины и мягко кивнул в сторону двери. Мы прошли через небольшую дверь и оказались внутри дома.

Я замерла уже в коридоре.

Светлый интерьер буквально поражал. Высокие потолки, теплое освещение, светлые стены, деревянные балки и огромные окна, за которыми виднелся заснеженный двор. Пол под ногами был идеально чистым, а где-то в глубине дома потрескивал камин.

Пространство выглядело дорого, но при этом очень уютно. Не как музей, где страшно лишний раз что-то тронуть, а как место, в котором действительно живут. Светлые диваны, мягкие ковры, живые растения, книги на полках. Даже воздух здесь был каким-то особенным — теплым, спокойным.

Я медленно повернула голову, рассматривая огромную гостиную с панорамными окнами почти во всю стену. За стеклом кружился снег. Большая люстра мягко переливалась золотистым светом, а камин создавал ощущение настоящего дома.

Красиво. Очень.

— Ты чего застыла? — тихо спросил Макс, с улыбкой наблюдая за моей реакцией.

— У тебя тут… как в фильме, — честно призналась я.

Макс тихо рассмеялся.

— Надеюсь, в хорошем.

Я впервые за этот ужасный день почувствовала, как внутри становится чуть-чуть теплее.

— Макс, а что будет дальше? — я подняла на него уставший взгляд. — С бабушкой… Куда ее увезли? И когда будут похороны?

Голос предательски дрогнул на последних словах.

Макс смотрел на меня спокойно и внимательно. Без жалости — той самой, от которой становится только хуже. В его взгляде было другое. Поддержка. Надежность. Уверенность, за которую сейчас хотелось цепляться руками.

— Ее увезли в мою клинику, — мягко ответил мужчина. — Проведут вскрытие. Это необходимо, чтобы точно определить причину смерти. А завтра мы уже сможем ее похоронить.

Я медленно кивнула, опуская взгляд в пол.

— Понятно… — тихо выдохнула я.

На несколько секунд между нами повисла тишина. Тяжелая, вязкая. Казалось, даже воздух стал другим.

— Эй…

Макс подошел ближе и осторожно взял меня за руки. Его ладони были теплыми, большими и такими надежными, что внутри что-то болезненно дрогнуло.