— Ну… тебя ждут, — я отвела взгляд, разглядывая складку на одеяле. — Вдруг ругаться будут.

Секунда тишины.

И вдруг он тихо прыснул смехом. Не громко. Не зло. Так будто я сморозила глупость.

Я подняла глаза.

— Котёнок, — мягко, но с лёгкой насмешкой. — Здесь я самый главный. И если кто-то и может ругаться, то только я.

У меня вспыхнули щёки.

Котёнок?!

— Понятно… — пробормотала я, чувствуя, как предательски краснею.

Господи, что я вообще несу.

Сморозила глупость. Но он не смеялся надо мной. Он смотрел так… внимательно.

— Ты переживаешь, что меня отругают? — тихо спросил он.

— Нет, — слишком быстро ответила я.

Он прищурился.

— Врёшь.

Я закусила губу.

— Просто… — пожала плечами. — Ты и так всё время здесь. Из-за меня.

В его взгляде что-то потемнело. Стало глубже.

— Я здесь не «из-за», — медленно сказал он. — Я здесь потому что хочу.

Сердце снова сделало странный кульбит. Я отвернулась, чтобы он не увидел, как меня это задело.

— А этот Грег… кто он? — всё же спросила я, будто невзначай.

Макс задержал взгляд на мне на секунду дольше обычного.

— Человек, который очень хочет со мной поговорить.

— И ты не боишься его заставлять ждать?

Уголок его губ приподнялся.

— Пусть подождёт.

Он чуть наклонился ближе.

— Ты важнее.

И от этих слов стало… опасно тепло. Палата вдруг показалась меньше. Тише. Интимнее. Где-то за стенами клиники, возможно, действительно ждал какой-то мистер Грег.

Но здесь, на этой кровати, в этом полумраке, был только он. И я.

И вопрос, на который он всё ещё не ответил: что за мир я вспомнила?

И почему он в нём так спокоен?

Макс.

Ещё какое-то время мы с Алисой сидели и разговаривали. Она постепенно расслаблялась, и я чувствовал, как зверь внутри меня мягко расправляет крылья ауры, обволакивает её, гасит тревогу.

Моя пара.

Она не понимала, что происходит. Но чувствовала. И это работало.

Когда её дыхание выровнялось, ресницы дрогнули в последний раз, и она уснула — я посидел ещё минуту. Просто слушал, как она дышит.

Только после этого тихо вышел из палаты. Приёмная встретила меня светом и запахом дорогого табака.

И голосом.

— Где тебя носит?!

Грег орал так, будто это его клиника. Я вошёл внутрь спокойно.

Он сидел в массивном кожаном кресле, будто в собственном кабинете. Костюм насыщенного синего цвета — явно не из масс-маркета. Ткань плотная, дорогая, подчёркивающая статус, а не фигуру. Жилет слегка натянут на животе, золотые запонки блеснули в свете лампы. Пальцы толстые, уверенные, на одном — тяжёлый перстень. В руке — сигара, которую он, конечно же, не имел права здесь курить. Лицо холёное. Щёки тяжёлые. Подбородок двойной. Но взгляд — цепкий. Хищный по-человечески. Такой, какой бывает у тех, кто привык покупать решения.

Он был одним из тех, кого в городе называли «решалой». Деньги, связи, чиновники в записной книжке.

Не оборотень.

Не посвящённый.

Просто очень богатый человек, уверенный, что весь мир вращается вокруг его банковского счёта.

— Не кричи, — спокойно сказал я, закрывая за собой дверь.

— Макс! — он поднялся. — Ты где ходишь?! Время — деньги! А ты его тратишь! Я уже должен лежать на процедурах, а не торчать здесь!

Я медленно прошёл к столу, сел и включил компьютер. Если бы не суммы, которые он ежегодно оставлял в клинике, я бы давно отправил его лечиться в муниципальную больницу.

— По классике, — сказал я, открывая его карту. — Сначала анализы. Потом всё остальное.

Он фыркнул.

— Да, да. Делай, что надо. Я сам дойду до своей палаты.

Он уже направился к двери.

— Грег.

Он остановился. Я поднял на него взгляд.

— Тебе подготовили другую палату.

— Чего? — брови поползли вверх. — Какую ещё другую? Почему?

— Не важно.

Он медленно повернулся. В его глазах начало закипать раздражение.

— Макс… ты же знаешь, я всегда беру ту же.

— Знаю.

Я поднялся со стула. Спокойно. Без суеты.

— Сейчас приглашу Селию. Она тебя проводит.

Он подошёл ближе.

— Что с моей палатой?

— Там другой пациент.

— Ты издеваешься? — голос стал громче. — Мою палату? Другому? Ты знал, что я приезжаю в эти даты!

Я скрестил руки на груди.

— И?

Он побагровел.

— Что «и»?! Меня это не устраивает!

— Полежишь в другой, — ровно ответил я.

— И кто там? — процедил он. — Кто в МОЕЙ палате?

Я выдержал паузу.

— Моя девушка.

Секунда тишины. А потом он усмехнулся.

— Телка? Ты променял VIP-пациента на какую-то телку?

Внутри что-то щёлкнуло. Я оказался рядом быстрее, чем он понял. Схватил его за грудки и прижал к стене. Ткань дорогой рубашки смялась в моих пальцах.

Я наклонился ближе.