Потому что я не знаю, как уместить в своей голове осознание, что я ел, пил, спал, трахал баб и развлекался в то время, когда Жанна, беременная моим ребенком, ходила к гинекологам, чувствовала первые шевеления, рожала в муках, а потом у нее были бессонные ночи с коликами, зубами и температурами. Дальше – сад. Школа.

Первое сентября с огромными бантами и букетом цветов. А потом выпускной и поступление на вышку. Если, конечно, про это она не наврала.

И все это время рядом с моей дочерью находился какой-то мужик, чье кольцо Жанна даже не носит на пальце?

Моя кровь, та, которую я мог бы качать на руках, петь ей колыбельные на ночь, учить кататься на велосипеде и бросить к ее ногам весь мир,.. называла папой другого?

Я думал, что знаю толк в мести, но Жанна переплюнула все известные мне способы.

Встаю и ищу телефон, чтобы написать ей все, что думаю, но вспоминаю, что он у Рафаэля. Спускаюсь на улицу и, устроившись на лавке, жду его.

Минут двадцать спустя, возле меня с ревом притормаживает его БМВ. Падаю на переднее сидение и молча откидываю спинку.

– Довези меня до моего офиса, – прошу его, глядя на окна кухни Жанны.

Свет в ней все еще горит.

– Поработать решил? Вообще-то, я гашеный в хлам, – возмущается Раф и отпивает из бумажного стакана кофе.

– Да когда это тебя останавливало? – усмехаюсь, покосившись на него.

– Действительно, – широко улыбается Рафаэль и срывается с места.

– Дочь Жанны… от меня. – бросаю коротко, когда мы выезжаем на проспект.

– Да бля, как так? Ты пару часов назад говорил другое совсем.

– Злобина обманула меня. Я случайно пришел к ней только что и увидел это своими глазами.

– Случайно пришел? – усмехается друг.

– Именно. Теперь хочу документы повнимательнее посмотреть.

– Которые случайно нарыл, да? Так свербит, что до утра не потерпишь?

– А ты бы дотерпел? – усмехаюсь невесело. – Меня наебали, как щенка.

– Ну наебала – и что? Тебе очень нужен ребенок? Уже родил бы сто раз.

– Ты не понимаешь, – прикуриваю.

– Так объясни.

А что объяснять? Как?

– Ты никогда не думал о семье? Что было бы, если бы у тебя была жена, дети?

– Нееет, – насмешливо тянет Рафаэль. – Чур меня.

– А я думал. Тогда, когда собирался сделать Жанне предложение, я хотел от нее детей. Это единственная женщина, от которой мне нужен был не только секс. Даже сейчас, спустя двадцать лет, меня штырит от того, что она просто рядом. А теперь ещё и дочь. Ты бы видел ее!

– Что, красивая?

– Невероятная! А я… понимаю, что я ей никто. Как это исправить, Раф?

– Не знаю. Но я бы лучше подумал, как не накосячить ещё больше.

– Кофе будешь? – ставлю две чашки в кофемашину, не дожидаясь ответа.

Рафаэль изъявил желание пойти со мной и потом подкинуть до дома.

Пока кофе варится, достаю из стола папку с документами и ищу информацию по Диане.

Смотрю на дату рождения, вписанную в паспорт Злобиной и понимаю, что да, она обманула меня. На дурака брякнула на год меньше. Диане девятнадцать и это значит, что забеременела Жанна примерно перед нашим расставанием. Родила как мать-одиночка. Дала дочери мое отчество. А потом вышла замуж. Понимаю, почему она не стала брать другую фамилию – чтобы у них с Дианой была одинаковая. И никакого секрета. Все так просто, что даже смешно, какой же я самонадеянный кретин. До последнего был уверен, что дело во мне.

– Осталось выяснить про мужа. – ставлю чашку с кофе перед другом, а сам направляюсь к кабинету Григория. – Сейчас я принесу документы и мы узнаем, кто такой этот Микулин Денис Сергеевич.

Рафаэль давится кофе, и я оборачиваюсь, замирая в дверях.

– Я знаю, кто такой Микулин, – выдыхает он сквозь кашель. – Это пиздец, Дэн.