Моргаю. Пытаюсь сбросить оцепенение и, наконец, справляюсь с противным замком. Расслабляюсь, глядя как плотный черный ремешок плавно улетает в сторону, скрывается справа.

Толкаю дверь и выхожу из автомобиля. Холодный воздух кусает разгоряченную кожу лица, несколько проворных снежинок проникают за воротник, врезаясь в шею тонкими иголочками. Ежусь, укутываясь в большое мужское пальто. Запоздало вспоминаю, что надо бы вернуть его владельцу.

– Оставь, – будто считывает мои мысли. Выйдя из машины, останавливается рядом. – Отдашь завтра, это не проблема.

– С-спасибо...

Задрав голову, смотрю на Полковника. Наши взгляды встречаются, и я отчетливо вижу, как нервно дергается жилка на его щеке.

И снова тишина. На нас обоих будто ступор находит. Даже холод перестает чувствоваться.

– Ну... Я пойду?

Нервно сглотнув, заглядываю ему в глаза. Снова замечаю, как он поджимает губы. С шумом выдыхает, выпуская клубы пара.

– Да, конечно, – отвечает словно через силу. – Я подожду, пока ты не зажжешь свет.

Киваю.

Мне приятна его забота. Очень.

– Завтра будь готова к семи, – продолжает тем же тоном. – Я заеду за тобой, как договаривались.

Мы решили, что так будет правильнее. Пора Юле познакомиться со своим отцом, а ему снова привыкать к этой почетной роли. Я же в свою очередь сделаю все возможное, чтобы этот процесс прошел для них максимально безболезненно.

– Хорошо. Тогда, до завтра?

Он не отвечает. Совсем мне слушает меня.

Серо-голубые глаза смотрят на мои губы. Долго. Пристально... Порочно.

Я не выдерживаю. Поворачиваюсь и, без оглядки, иду к подъезду. Домой! Немедленно!

Хватаюсь за ручку, уже собираюсь набрать на домофоне код, как сзади раздается глухое, и от того более будоражащее:

– Варя, подожди... Пожалуйста.

Я подчиняюсь.

Не знаю, почему.

Просто застываю. Поворачиваюсь. Движения медленные, заторможенные. Глаза смотрят на него.

Он идет ко мне. Шаг. Еще... И еще... А я не могу сдвинуться. Некуда. За спиной металлическая дверь. Тупик. Чувствую себя загнанной в ловушку дичью. Только в отличие от нее мне совсем не хочется бежать...

– Варь, спасибо тебе за все. Честно. Ты столько всего сделала для моей дочери, а я... – замолкает, нависая надо мной. Сильными пальцами цепляет мой подбородок, вздергивает вверх, заставляя смотреть ему в глаза. – Прости, что усомнился в тебе. Обидел... Я не имел права так говорить с тобой, – наклонившись, слегка касается моей щеки губами. – Прости, если сможешь.

Меня бросает в дрожь от его слов. От хриплого голоса. От жара, что легкими покалываниями растекается по телу, сосредотачивается внизу живота, отзываясь пульсацией между ног.

У меня подкашиваются колени, но я каким-то чудом остаюсь стоять.

Сердце так бешено колотится в груди, что кажется его удары отдаются во всем теле, особенно в горле. Появляется покалывание в области затылка.

– Все в порядке, – слова даются с большим трудом. – Главное, что мы все выяснили...

– Да, – хриплый голос звучит прямо над ухом. Обжигает горячим дыханием, запуская в теле новую волну мурашек. На этот раз куда более сильную. – Теперь все будет по-другому. Вот увидишь.

Отстранившись, перехватывает мой пьяный взгляд.

Улыбается каким-то своим мыслям, мне неведомым.

И, резко подавшись вперед, впивается в мои губы.

Сильно. С напором. Как изголодавшийся зверь в кусок сочного мяса. Одной рукой он обвивает мою талию, тянет на себя, впечатывая в каменную твердость тела. Второй накрывает затылок, зарывается в волосы. Фиксирует.

Меня ведет. Эмоции взрываются в голове безумным фейерверком. В глазах темнеет. Резко. Стремительно. И я погружаюсь в эту мглу с головой. Пьянею взрослым поцелуем. Лечу в космос. Наслаждаясь каждой секундой. Растворяясь. Разлетаясь на атомы.

И плевать, что будет дальше!

Разгребу. Справлюсь. Мне не впервой. И не такое переживали.

Сейчас же мне хочется лишь одного - быть с ним.

Вскинув руки, кладу ладони на его грудь. Сжимаю, безжалостно мня дорогую ткань. И дергаюсь, получая сильнейший разряд в ладони, словно удар током. Волшебство рассеивается. Я снова лечу на землю, больно ударяясь об реальность.

Словно чувствуя меня, Полковник нехотя отстраняется. Прижавшись лбом к моему, пытается отдышаться.

Нас обоих трясет. Сердца бьются так громко, что кажется их слышит весь город. Перекрывают оглушающую тишину ночи.