Заводит меня в дом, Тимофей с Юлей на руках заходит следом. В нос сразу же ударяет вкусный аромат сладостей. Ваниль. Шоколад. И корица. Мое любимое сочетание. А ещё... Фиалки. Боже! Да весь дом буквально обставлен этими цветами. Самых разных сортов и оттенков. Я и не знала, что такие существуют!

– Раздевайтесь скорее, – суетится Васенька, поворачиваясь то к Тиму, то ко мне. – Я приготовила для вас Тимошкину комнату. Вы пока отогревайтесь, а я займусь Юляшей.

Она аккуратно берет ее на руки, отвечая на все предупреждения Тимофей коротким «цыц». И это так мило. Всё вместе. Этот дом, весь заполненный цветами, запах домашней выпечки, пробуждающий воспоминания о маме, Васенька с правнучкой на руках... Я и забыла, что такое бывает.

Горло начинает першить слезами. Торопливо отвожу взгляд, начинаю расстёгивать шубу, параллельно пытаясь проморгаться.

Потому что Василиса Сергеевна... Она как мама. Нет, не потому что похожа. А потому что единственная, кто так тепло меня принял. Меня давно так никто не обнимал. Никто...

Тимофей забирает у меня шубу и вешает на крючок. После чего достаёт из шкафа новенькую пару женских домашних тапочек. С вышитыми на чёрном фоне фиалками.

– Надеюсь, с размером угадали, – говорит он, наклоняясь ко мне почти вплотную. – Я подсмотрел на твоих, когда ты помогала Юле с уроками. – Горячий шёпот опаляет, запуская по телу миллионы мурашек.

– Спасибо, – выдавливаю из себя, стремительно краснея.

Тимофей лишь неопределённо хмыкает и отодвигается. А затем делает шаг вперёд, навстречу своему деду.

Он стоит в проёме между прихожей и большой гостиной. Высокий. Статный. Сразу чувствуется военной выправки. Сколько ему точно лет, определить сложно. Видно только, что пожилой, но далеко не старый. Лицо серьёзное, даже строгое. Уверена, в молодости он был не менее красив, чем его супруга. Пронзительные серо-голубые глаза. Они врезаются в меня тысячами ледяных иголок, исследуют. Становится неловко. Хоть я и не чувствую от этого человека агрессии, только внимательное любопытство, все равно как-то не по себе. Отвожу взгляд и передёргиваю плечами, чтобы скрыть нервную дрожь.

– А вот и наши дезертиры! Вы чего так долго? Василиса из-за вас уже трижды ужин разогревала.

– Дорогу замело, пришлось ехать в объезд, – Тимофей отвечает с улыбкой и протягивает руку для приветствия. – Ну здравствуй, дед.

– Здорово, – мужчины ободряюще пожимают друг дуру руки и обнимаются. – А теперь, хватит скакать вокруг да около. Лучше познакомь меня с этим прекрасным созданием, которому мы обязаны твоим возвращением домой.

Он разговаривает с внуком, но при этом смотрит на меня и делает комплимент. Щеки вспыхивают от новой порции смущения. Неожиданно приятно. Даже страшно, что все это происходит со мной в реальности.

– Иди ко мне.

Набираю в лёгкие побольше воздуха и подхожу к Тиму. Он по-хозяйски обнимает меня за талию.

– Варвара, моя будущая жена и мать твоей правнучки, – его глаза горят странным блеском, а моё тело моментально прошибает током. В памяти эхом звучит его голос. То самое признание, которое я уже и не надеялась услышать. И Тим это чувствует. Снова видит меня насквозь, потому что выражение его лица меняется. Становится мягче, нежнее. Он находит мою ладонь и переплетает наши пальцы. – А это мой дед, генерал в отставке, Беляев Григорий Тимурович.

Мужчина весь подбирается, вытягивает и без того идеально прямую спину и расплывается в довольной улыбке. Мне уже не верится, что всего пару минут назад я боялась этих людей до чёртиков. Вот глупая!

– Здравствуйте, – я тоже не могу сдержать улыбки.

Генерал неопределённо кивает и приглашает нас в дом.

– Добро пожаловать домой, волшебная девочка, – шепчет на ухо Тим. Слегка касается губами мочки и целует чуть ниже виска.

Мы вместе заходим в гостиную, где мирно потрескивает камин и садимся на диван. Рядом.

Я чувствую его руку, якобы лежащую на изголовье, но на самом деле играющую пальцами с моими волосами. Это приятно. Боже, как это приятно!

Перед глазами темнеет от возбуждения, и никакие доводы рассудка не могут этому помешать. Я знаю, Тим чувствует, что я вся в мурашках. И ему это нравится.

И пока он спокойно отвечает на вопросы Григория Тимуровича, я изо всех сил стараюсь выровнять дыхание и закусываю изнутри щеки, чтобы случайно не улыбнуться.

Меня спасает Васенька. Убедившись, что правнучка крепко спит в своей кроватке, она возвращается в гостиную и зовёт нас всех за стол.

Тимофей