Поднимает взгляд к моему лицу. Это первый раз, когда он смотрит на меня в упор.

Взгляд его внимательный и изучающий. Не оценивающий внешность, я чувствую это сразу. Он смотрит глубже. Туда, где страх, усталость, злость и пустота смешались в одно. Мне кажется, он видит всё: суд, костёр, что так и не случился, но впечатался в мою память, ночь в темнице, мои сны об огне.

Я хочу отвести глаза и не могу. От этого взгляда становится одновременно холодно и тепло. Страшно и спокойно. Будто меня наконец-то увидели целиком, а не кусками.

Он смотрит долго. Или мне только так кажется, потому что я даже моргнуть боюсь. Лорд нервно переступает с ноги на ногу, Лира сжимает пальцы так, что костяшки белеют. Я хоть и не вижу этого, но могу догадаться: она всегда так делает, когда нервничает.

И дракон принимает решение. Жидкое золото его пристального взгляда перестаёт смущать меня, когда он отворачивается к лорду вполборота.

— Эти вопросы требуют времени, — говорит он наконец, не повышая голоса.

Он больше не смотрит на лорда. Не смотрит на Лиру. Для них он уже всё сказал.

Лорд поспешно кивает.

— Конечно, Повелитель. Спасибо, Повелитель! Мы… мы подготовим невесту. Свадьба по нашим обычаям…Вам понравится, Повелитель!

— Нет! — Обрывает его дракон.

Одно слово. Короткое. Лорд застывает с открытым ртом.

— Я не оставлю её здесь, — продолжает дракон, берёт меня за руку.

Близко. Он слишком близко. Я чувствую тепло его руки, запах ветра и чего-то ещё — сухого, горячего, древнего, — исходящий от него.

Я не сопротивляюсь. У меня нет сил. И желания тоже нет. Вся моя воля подчиняется этому простому жесту защиты.

Кожа дракона вспыхивает золотом, тёмная одежда исчезает, уступая месту чешуе. Миг — и его крылья разворачиваются с глухим гулом, поднимая ветер и пыль. Я вижу перед собой огромного Дракона.

Только глаза его все те же: золотые, внимательные, глядящие прямо в душу.

Сама не понимаю, как оказываюсь верхом на драконе. Прижимаюсь к нему, и с силой зажмуриваю глаза. Как в детстве, как будто если не видеть ничего вокруг, то этого и нет!

Шум города стихает за миг. Сердце забывает, как биться, замирает на долгие минуты.

Ветер ударяет в лицо сразу. Резко, беспощадно, так, что перехватывает дыхание. Я даже не успеваю испугаться по-настоящему: всё происходит слишком быстро.

Распахиваю глаза, когда Дракон уже поднимается в воздух. Мгновение, за которое я не успеваю даже моргнуть, и земля уходит вниз, проваливается, исчезает, а я понимаю, что мы летим.

Верней, Дракон летит, стремительно набирая высоту. А я сижу на спине дракона.

Вжимаюсь изо всех сил к тёплой, твёрдой поверхности. Главное желание сейчас — вцепиться во что угодно руками и ногами, лишь бы не сорваться. Пальцы сами находят выступы между чешуй, судорожно сжимаются. Сердце колотится где-то в горле, мысли путаются, одна перекрывает другую, суматошно мечутся в моей голове.

А я ведь раньше любила кататься на аттракционах, думала, что американские горки — это здорово. Чушь полная! Сейчас я со всей ответственностью могу заявить: американские горки — это все равно что лепить куличики в песочнице по сравнению с тем, как лететь верхом на огромном драконе. Без ремней безопасности и сертифицированных проверенных механизмов роллокостера.

Голова кружится, от набранной высоты. Вниз стараюсь даже не смотреть, иначе я просто с ума сойду от страха. Я и без взгляда на землю понимаю, что мы высоко, очень высоко.

И дракон не думает останавливаться или снижать свою скорость. Боже мой, да лучше бы меня сожгли на площади, уже всё было бы для меня закончено. А сейчас я должна бороться с всепоглощающим страхом.

Я упаду. Сейчас! Вот прямо сейчас! Упаду, упаду, упаду! Точно упаду.

Огромные золотистые крылья с силой рассекают воздух, и этот звук — глухой, мощный — отдаётся в моей груди, разносится по всему телу.

Дракон набирает высоту стремительно, без разгона, словно для него не существует ни сопротивления, ни тяжести. Я зажмуриваюсь, потому что смотреть страшно до тошноты.

Но падения не происходит.

Полёт выравнивается. Рывок сменяется плавным, уверенным движением. Я чувствую, как подо мной перекатываются мышцы, как тело Дракона работает точно и безупречно, будто каждое движение выверено сотнями лет. Тепло от его шкуры проникает сквозь тонкую ткань, разливается по телу, успокаивает.

Я осторожно приоткрываю один глаз.

Город внизу — крошечный. Домики, улицы, площадь, где меня собирались сжечь, всё сжимается до игрушечного размера, теряет значение. Ветер рвёт волосы, выбивает слёзы из глаз, но вместе со слезами уходит и страх. Медленно. Нехотя. Уступая место чему-то другому.

Изумлению.