Я подошла к крамаде, что была ближе, осмотрела. Подтянула рукава куртки вверх. Волосы убрала в высокий хвост, чтобы не мешали.

Мне нужен был камень силы. Очень полезная вещь в зельеварение. Нужно было растереть его и добавлять в укрепляющие растворы.

Но до него нужно было добраться быстро. Пока кровь не остыла.

Огонь от костра освещал монстра своим жёлтым светом. Я склонилась над ним. Подстрелила его стрелой в глаз, довольно дернула уголком губы.

Ноги стояли по обе стороны от его туши. Я вогнала острый кинжал в грудь и протянула вниз. Потом макнула палец и попробовала кровь.

Здоровая особь.

Я покачала головой и усмехнулась. Повезло мне.

Хороший камень будет.

Я быстро добралась до ядра, вытащила его. Отбросила светящийся красный комок энергии на траву.

И мяса тут было… много.

Мне ли не знать, какое оно питательное и вкусное.

Вокруг стояла тишина. И когда я бросила в костёр первый кусок мяса, заметила, что тишина стала глухой. Тяжёлой.

Я выпрямилась.

Окинула всех взглядом исподлобья.

Молодой солдат, стоявший в одному кругу с воинами из сопровождения, что окружили меня, вдруг отбежал в сторону и согнулся. Парню стало плохо.

— Что? — спросила я и сдула прядь волос с лица. — Пожарьте мясо. Оно на птицу похоже, только не солите. Иначе жёсткое будет.

Ответил Гроссман, стоявший неподалёку. Он смотрел на меня внимательно.

Прокашлялся, а потом добавил:

— Анна… не все из нас видели, как женщина разделывает тушу… крамады.

— Зачем мясу пропадать? — искренне не поняла я.

— Анна… отойдём? — тихо предложил он.

— Ладно. Я уже закончила, — пожала я плечами. — Остальные части не такие вкусные.

Парня у кустов всё ещё продолжало тошнить. Какой слабый.

Я вытерла руки о траву, подняла камень силы и сунула его в мешочек, который всегда был со мной в кармане.

Гроссман мягко, но настойчиво увёл меня в сторону, положив ладонь мне на локоть, будто оберегая — на самом деле отводя от взглядов.

Но до того, как он заговорил я услышала перешёптывания.

— …видел, как она…

— …сама… ножом…

— …да она без колебаний…

— …ты видел её глаза?

— …это не женщина…

— …она в глаз ему попала стрелой…

Я осмотрела воинов, собравшихся у моей кареты.

Кто-то отворачивался, стараясь не смотреть на меня и на тёмную тушу у костра.

Один из воинов побледнел так, что губы стали почти синими.

— …она их учуяла…

— …первая…

— …если бы не она — нас бы потрепали…

Кто-то кашлянул, кто-то нервно рассмеялся. Запах жарящегося мяса смешался с потом, гарью, кровью и тревогой.

Гроссман остановился. Встал передо мной так, чтобы закрыть от лагеря. Его широкая спина стала стеной.

— Анна… — начал он осторожно. — Ты тут всех шокировала.

— Они никогда не разделывали туши? — уточнила я. — Гросс, тут же ничего такого нет!

— Нет, Анна. Женщины… такие, как ты… — он запнулся, подбирая слова, — Не разделывают монстров и не обсуждают, какие части лучше есть. Теперь они будут тебя сторониться.