Я могла поклясться, что в его глазах вспыхнула ярость. Но тут же погасла.

Мужчина смотрел на меня несколько мгновений, а потом запрокинул голову и расхохотался.

— О, оказывается, у тебя есть характер. Что же ты не показывала его ранее? Думала, мне больше понравится покорная овца? Ты ошибалась. Покорность мне неприятна. А вот такая женщина, с горячим темпераментом, очень даже по душе. Почему ты скрывала его от меня? Я бы развлекался с тобой подольше…

Его голос был слишком спокойным, даже ленивым, но в глазах сверкала какая-то опасная искра. Я не знала, что он задумал, но каждая клеточка тела кричала мне: беги.

— С кем это ты там развлекался?

Голос Валентина прозвучал неожиданно и… слишком спокойно. Я вздрогнула, повернула голову и увидела его.

Он стоял неподалёку, кулаки сжаты, челюсть напряжена. Его взгляд буквально сверлил Захара насквозь, и в этом взгляде было столько затаенной ярости, что мне самой стало не по себе.

Захар тоже обернулся, лениво оглядел Валентина с головы до ног, а потом презрительно скривился.

— А, это тот крестьянин…

Его тон был таким пренебрежительным, что у меня внутри что-то вспыхнуло.

— На кого ты меня променяла, дорогуша?

Он смотрел на Валентина, но обращался ко мне, и это раздражало.

— Знаешь ли, Настя… — Захар медленно шагнул вперёд, — я не терплю измен, поэтому мне придётся тебя наказать…

Я похолодела.

Воздух сгустился, напряжение достигло своего пика.

Валентин выглядел так, будто готов был ринуться в бой, но вместо этого просто стоял, сверля Захара тяжёлым взглядом.

— Ну же, крестьянин, давай! — подначивал аристократ, расправляя плечи. — Бросайся в драку!

Но Валентин молчал.

— Только прежде я расскажу тебе, как часто и как много я имел эту женщину в её доме, — с улыбкой добавил Захар.

Я вздрогнула.

Аристократ явно хотел выбить Валентина из равновесия. И на мгновение мне показалось, что у него получится.

В глазах моего спутника вспыхнула дикая ярость. Он стиснул зубы, напрягся… но каким-то чудом сдержался.

А потом вдруг выпрямился, ухмыльнулся и произнёс:

— Ты бы лучше следил за своими собственными похождениями и не вмешивался в чужие. Потому что эта женщина не имеет к тебе ни малейшего отношения.

С этими словами Валентин развернулся и твёрдой походкой направился ко мне.

Я замерла.

Захар покраснел, как варёный рак. Он захлебнулся собственной злостью.

А потом…

Ринулся вперёд с яростным рёвом, собираясь ударить Валентина в спину.

— Осторожно! — закричала я.

Но предупреждение не понадобилось.

Валентин развернулся с молниеносной скоростью, и в тот же миг его кулак впечатался Захару прямо в челюсть.

Удар был такой силы, что аристократа буквально отбросило назад. Он пролетел несколько шагов и рухнул на мостовую.

Закапала кровь из разбитой губы.

Захар закатил глаза и замер.

Я поморщилась.

С таким-то кулачищем, как у Валентина, сломать челюсть одним ударом — проще простого.

— Ой, — тихо выдохнула я.

Валентин скосил на меня взгляд.

— Что? — спросил он так, будто ничего особенного не произошло.

— Ты… ты его вырубил, — я мотнула головой в сторону Захара.

— А что мне оставалось? — пожал плечами Валентин. — Я ведь предупреждал.

Я не знала, что сказать.

Захар всё ещё не двигался.

— Он… он не умер? — уточнила я с легким испугом.

Валентин скептически поджал губы.

— С чего бы? — и пнул Захара носком сапога.

Тот издал слабый стон.

— Видишь? Живой.

Я нервно сглотнула.

— Ладно, пошли отсюда, — заключил Валентин и очень ловко вскочил на коня. Только когда мы отъехали достаточно далеко, я поняла, что всё это время моя ладонь была в его руке.

Тепло.

Надёжность.

Я подняла на него глаза и увидела хмурое лицо.

— Ты в порядке? — спросил он, не глядя на меня.

— Да, — ответила я.

Но в груди всё ещё бушевали эмоции.

И когда я осознала, что Валентин сжал мою руку крепче, чем раньше, по телу пробежала дрожь…

* * *

— Мне жаль, что ты встретилась с этим ублюдком, — пробормотал Валентин, крепче прижимая меня к себе.

— Ты ведь знаешь его, правда? — мой голос прозвучал глухо, хрипло.

— Конечно, знаю, — коротко ответил Валентин. — Даже лучше, чем ты можешь себе представить.

Я чуть нахмурилась.

— У меня сложилось впечатление, что он не знает тебя, — заметила я.

Валентин хмыкнул.

— Раньше я представал перед ним несколько в ином виде, поэтому он меня не узнал.

Я удивлённо заглянула ему в лицо, но встретила только усмешку.