Боги, сейчас бы кофе, сытный завтра, укутаться в теплый плед и впасть в трехдневную спячку, а не вот это все.

– И все же, куда мы попали? – стряхнув с себя оковы страха, девчонка огляделась по сторонам. – Это место не похоже на столицу.

– Я и не говорил, что живу в Ирлине, – разговаривая, будто с ребенком, закатил глаза Нокс. – Не знаю, как сейчас, но в мое время темных магов… не жаловали.

– Как странно. И с чего бы это? – тихо буркнула про себя Аксель, но поймав взгляд блондина, прикусила язык.

Сейчас у Стирра были связаны руки, но отразившиеся в его глазах алые всполохи, говорили о том, что он ведет учет всем направленным в его сторону оскорблениям. И, в конечном итоге, каждое из них обернется для обидчика лишним годом дико болезненных мук.

Он сделал вид, что смахивает пылинку с рукава куртки.

– Банальная зависть и страх. Когда рядом с тобой живет тот, в чьих силах стереть с лица земли целый континент, хочешь не хочешь, а поджилки затрясутся. Начнется нескончаемая атака письмами корпуса стражей империи, с требованием проверить соседа на отсутствие злобных замыслов. Доносы, оговоры. Кто в здравом уме захочет все это терпеть? Я – точно нет.

– Этих людей можно понять, – не сдержалась Аксель. – Темные как раз и знамениты своей страстью к убийствам.

Кайнокс небрежно пожал плечами.

– Должны же у нас быть хоть какие-то минусы?

– И поэтому ты поселился на окраине? – с любопытством в голосе уточнила Несса.

Он хмыкнул.

– А ты смышленая… Когда включаешь мозги.

Проигнорировав его совсем не лестный комплимент, она поежилась.

– Здесь такая плотная застройка. Дома современные. Не боишься, что твой замок могли снести?

Нокс тут же отвлекся, впервые оглядевшись. А закончив, скрыл удивление за непроницаемой маской.

– Ух, ты – без энтузиазма протянул он. – За двести лет Зимний парк… несколько изменился.

И это еще мягко сказано.

Вместо тянущихся вершинами к небесам елей и сосен их окружали одноэтажные домики, формой напоминавшие мужские достоинства гномов. Крыши изгибались в темноте, а богатое воображение дорисовывало прячущиеся в тенях фигуры чудовищ. Дома разделяла вымощенная булыжниками дорога. На вечерней улице светил всего один фонарь. И тот подмигивал, грозя вот-вот потухнуть. Видимо, время не располагало к прогулкам. Из всех жителей, троицу встретил только сидевший на ближайшем крыльце драный кот, вылизывающий яйца и слезно жалующийся каждому, кто готов был его слушать, на паршивую личную жизнь.

Где-то глубоко внутри, так далеко, что Нокс не смог определить точное место, зашевелился червячок сомнения. Вдруг девчонка права и «Кайтауэр» действительно сравняли с землей?

В его отсутствие, защищать замок было некому. У Боргера недостаточно сил. А Кларисса… это, черт возьми, всего лишь Кларисса. Виктор бы точно не стал взваливать на себя дополнительную ношу. Не после их «эмоционального» расставания. Он и свой-то спасти не сумел.

Мерзкая гниль!

– Идите за мной.

Отдав краткий приказ, Стирр направился строго на юг, туда, где в полумиле от бывшего парка начинались его владения. Девицы молча поплетись следом.

На небе зажглись звезды и луна. Дома закончились. Появились редкие деревья. Дорога все не заканчивалась. Петляла, но вела путников вперед, сквозь гулкую тишину. Ни рева зверей, ни песен птиц. Даже сверчки не стрекочут.

Если для Нокса это было в порядке вещей – он сам когда-то ставил защитный купол, отпугивающий не только непрошенных гостей, но и всю живность в округе – его спутницы заметно приуныли.

Стоило им преодолеть большую часть пути, как вдалеке послышалась торжественная мелодия и звук, которого при Ноксе здесь отродясь не звучало – веселый смех. Выходя из-за деревьев на небольшую поляну перед каменными стенами, он насторожился.

– Как… мило, – натянула вымученную улыбку застывшая за его спиной Несса.

– Мило? Всего лишь мило? – приподнял правую бровь маг. Он взирал на замок – не утративший ни своего мрачного величия, ни величественной мрачности – с гордостью полновластного хозяина. А эта необразованная дурочка назвала его «милым»? – Это торжество каменной глыбы, деревенщина. Чудо технологической мысли. В свое время, для его охраны, я задействовал меры безопасности близкие к параноидальным…

– И почему я не удивлена? – проворчала обидевшаяся на «деревенщину» Несса.

– Тебе не нравится? – Кайнокс, казалось, удивился не на шутку.

Она замялась. Ей было неудобно критиковать чье-то жилище, пусть даже такого невозможного гада как Стирр.

– Прости, но это черное, остроконечное строение, с довольно жуткими барельефами на каменных стенах. Тот, кто наносил их, похоже, слишком много пил.

Блондин зарычал. Чуть слышно, но от того не менее грозно. Несса сделала шаг назад.