Марс стоял рядом, закатав рукава. Его костяшки были сбиты – он явно не жалел себя. Садистское удовлетворение в его взгляде сменилось усталой яростью.

– Ты, тварь упрямая… – прошипел он, вытирая кровь с руки. – Думаешь, если будешь молчать, я остановлюсь?

Аделин не отвечала. Ее слова не имели значения для Марса.

– Ну что ж, – процедил он сквозь зубы, – сменим тактику.

Он подошёл к ней вплотную, слишком близко, так, что она ощущала запах металла и пота, впитавшийся в его форму. Пальцы вцепились в мундир и рванули вниз. Пуговицы отлетели в стороны, звонко ударяясь о камни и исчезая в темноте. Мундир распахнулся, открывая белоснежную рубашку, давно пропитанную потом и кровью.

– Не смей… – выдохнула Аделин, но голос её был слаб, почти сломан.

Марс не ответил. Рубашка пошла следом – ткань треснула под его руками, и в следующую секунду оголённые плечи дрогнули от прикосновения холодного воздуха. Кожа покрылась мурашками, местами в ссадинах и кровоподтёках.

Аделин дернулась, но кожаные ремни крепко врезались в запястья и щиколотки, пригвоздив её к холодной, шершавой поверхности дубового стола. Доски под спиной были влажными, будто впитывали в себя крик, страх и кровь предыдущих пленников. Запах сырости, ржавчины и пота щекотал ноздри.

Марс медленно склонился ближе, и в его глазах светилось тошнотворное удовлетворение. Грубые пальцы коснулись её ключицы, как мясник касается туши, проверяя, насколько плотное мясо.

– Знаешь, Вейл… – голос Марса был неожиданно мягким. – Я тебе верю. Верю, что ты никого не убивала, но у нас тут, понимаешь ли, не суд, а обществу нужны результаты. Нужен враг. Удобный. Такой, как ты. Идеальная жертва.

Он наклонился ниже. Аделин попыталась отвернуться, но ремень на шее ограничивал даже это движение.

Пальцы Марса раздвинули рубашку. Грубая ладонь легла на грудь, сжала, не заботясь о боли или стыде.

– Смотреть на тебя такую, просто услада для глаз, – хрипло прошептал он, обводя взглядом её тело. – Как же это... красиво. Каждая баба должна испытать, что – то подобное, чтобы не забывала свое место.

Аделин стиснула зубы, в глазах застыли ярость и отвращение. Внутри всё клокотало от унижения, но страх был рядом, почти физический, липкий, как мрак, обволакивающий её тело.

Марс опустил руку ниже, проводя по животу, и вдруг…

Дверь подвала распахнулась с грохотом.

– Марс... ты страх потерял?

Дамиан скользнул по Аделин взглядом. Его глаза задержались на рваной ткани её рубашки, на коже, которой коснулись чужие грязные пальцы, и его черты лица в момент заострились.

– Я не подчиняюсь тебе, Хельворт. Думаешь, ты… – процедил Марс, отступая на шаг.

– Ты уже труп, – перебил его Дамиан, даже не моргнув.

– Ах, вот как? – усмехнулся Марс. – Кем ты себя возомнил, а?!

Марс рванул вперёд, врезаясь плечом, не первый раз ему приходилось вышибать строптивых. Он ударил и, будто врезался в камень. Дамиан не сдвинулся ни на шаг, только подался вперёд, встретив напор с ледяным спокойствием, и тут же схватил Марса за запястье.

Раздался противный хруст.

Боль взорвалась в руке Марса, и он с криком опустился на одно колено.

– Что за… – он резко дёрнулся, попытался вырваться, но пальцы Дамиана были, как железные тиски. Марс ударил коленом. Это позволило ему выдернуться из хватки.

Глаза Дамиана вспыхнули ярче, как у зверя, у которого отняли добычу.

Бой стал ближним, грязным, звериным. Пинки, локти, удары коленом, они обменивались ими, как плевками. Каждый пытался перехватить инициативу. Никто из них не заметил, как они зацепили стул, к которому была привязана Аделин. Она упала и сильно ударилась затылком. Теперь она могла только на слух определять, что происходит рядом с ней.

– Я тебя убью, тварь! – заорал Марс и рыском вытащил клинок.

Серебро блеснуло, описав дугу и почти задело лицо Дамиана, но он поймал лезвие голой рукой. Его кровь окропила кинжал.

Его кулак с хрустом влетел в грудную клетку охотника. Кровь брызнула изо рта Марса, но чертов ублюдок, вывернулся, и с шипением вонзил клинок прямо в бок Дамиана.

Губы вампира скривились. Он зарычал. В этот момент исчезло всё человеческое.

– Чистокровный?.. Ты чистокровный?!

– Поздравляю, Марс, – прошипел Дамиан.

Он схватил руками горло Марса, прижал к стене и поднял его, будто он ничего не весил. Тот захрипел, забился, но попытался выцарапать себе воздух. Лицо его залилось пятнами, а руки задёргались.

– Какой рукой ты её тронул? – рыкнул Дамиан. – Правой?

Он медленно, с мучительной точностью, сдвинул хватку вниз – вцепился в плечо Марса. Тот только забился сильнее.

Марс захрипел. Это было всё, что он мог издать.

– Правой, значит, – прошептал Дамиан.