— Шутишь? — вытаращилась мавка. — Откуда бы я узнала такое? Неужели думаешь, я бы не сказала?

— Ну, он твой хозяин, мог запретить…

— Если не забыла, то и твой хозяин тоже, — ехидно подколола подруга. — Но, заметь, он не часто пользуется этим правом! В редких случаях. Например, как сейчас… — девушка округлила глаза, испуганно глядя мне за спину.

Я тоже обернулась и увидела, как в открытую дверь, куда выходили клиенты, на всех порах проскочил Кербус. За ним, потрясая обслюнявленной рубашкой, несся разъяренный Кошмаров. Мамочки, и в этого человека я влюбилась?

— Керб, сюда! — окликнула щенка, чтобы тот сориентировался. Но он и так взял верное направление, учуяв меня с порога. Я успела подхватить собаку прежде, чем ворвался злющий Кошмар Капитонович.

— Убью, демоново отродье! Не смей прятать эту тварь! Испепелю и чучелко сделаю! Смотри, что гадкая псина натворила! — сунул под нос уже знакомую рубашку. — Мало того, этот комок соплей сожрал дорогую вещь, которую я поклялся хранить и беречь!

— Зачем же так нервничать? Рубашку я постираю, и с подарком что-нибудь придумаю…

— Придумаешь? Придумай, какую надпись оставишь на собачьей могилке. А ну, отдай! — рванул из рук щенка, который жалобно взвизгнул. А я за него так испугалась, что мне плохо сделалось, и я осела на пол. — Хватит притворяться больной! — навис надо мной некромант. Однако не тронул ни меня, ни пёселя, которого я закрыла собой.

— Корней Капитонович, Анне в самом деле нездоровится, — вмешалась Налла. — Помогите же ей подняться. В самом деле, неужели вы так расстроились из-за рубашки?

— Что с ней? Зови скорее лекаря. Я ведь ничего не успел сделать, хотя руки чешутся прибить четвероногую тварь, которую она так отчаянно защищает.

— Не нужно лекаря, — пробормотала я. — Голова закружилась.

— Неудивительно! — хмыкнула Налла. — Да не стойте же столбом. Помогите устроить её поудобнее.

— Сейчас… — Кошмар Капитонович поднял меня на руки и перенес на диванчик. Его объятия…

Как я раньше не замечала? Сильные руки, голос и…

— Что это? — некромант прикипел взглядом к запястью.

Из-под задравшегося рукава торчал розовый кулончик. Тот самый. Я же пообещала не снимать. Кошмаров опустил меня на диван и вцепился в руку, рванув злополучный рукав, чтобы увидеть, куда крепилась подвеска. Собственный подарок он не мог не узнать. Уставившись на шнурок, мужчина ослабил шейный платок, судорожно сглотнул и перевел на меня ошеломленный взгляд.

— Ты⁈ Это все время была ты, Анна? — Корней опустился рядом со мной на колени. — Поверить не могу! Я столько искал тебя. Заглянул в каждую избу в Сыроземске, проверил каждый уголок, а ты в это время ждала меня дома. И боялась открыться потому, что связана договором? Как же я этого не понял? Не догадался?

— Вот видишь, не зря боялась.

— Когда ты узнала?

— Сорок минут назад, когда обнаружила, что Керб пробрался в твои покои. Он почуял мой запах и искал меня. Он правда не виноват, не ругайся на него, пожалуйста.

— Не буду! Больше не буду, обещаю, любимая. Простишь ли, что накричал на тебя? Я думал, мерзкая псина уничтожила твой подарок.

— Керб не мерзкий, а очень милый, — пробурчала я. — Они с Руфусом меня так защищают.

— От кого защищают? От меня? — Кошмаров вспылил, но тут же сбавил обороты. — Разве же я могу тебе навредить?

Я вымученно улыбнулась и приподнялась, чтобы не привлекать лишнего внимания. В кафе как раз заглянули посетители, и Налла упорхнула их встречать.

— Что с тобой? Утром тебя тошнило, и сейчас ты едва сознание не потеряла. Ты завтракала? Выглядишь бледной. Наверное, я все-таки вызову лекаря, — подорвался с места некромант, но я остановила его.

— Не нужно лекаря, Корней! — он замер, расплываясь в довольной улыбке.

— Ты впервые назвала меня по имени, Анна, — и тут же сделался серьезным. — Нет, я же вижу, что ты нездорова. Пусть лекарь осмотрит и скажет, что ты в порядке.

— Корней, у моего состояния есть причина. Ничего такого, чего бы не случалось с девушками в моем положении.

— Какая причина? Какое еще положение? — вытаращился изумленно. — Если тебе тяжело работать, то и не будешь больше. Что? Да в чем дело? Я не понимаю… — осекся, уставившись на мою руку, которую я положила на живот. — Анна? Это то, о чем я думаю? Ты беременна? — прошептал ошеломленно.