Ещё секунда, и Дарах осторожно ставит меня на землю.

— Здесь безопасно, мародёров не бывает, — говорит он уже деловым тоном.

— Я тебе полностью доверяю, Рейнар, — широко улыбаюсь я.

Дарах тут же мрачнеет, резко отворачивается и остаётся привязывать коней.

Я первой захожу в пещеру. Внутри прохлада ощутимее: влажный воздух ложится на кожу, пахнет камнем и дождём. Позади раздаются шаги — дракон догоняет меня. Над его ладонью вспыхивает светящаяся сфера, и золотое сияние разливается по коридору, вырывая из мрака неровные стены и влажный блеск камня.

— Дай руку, — говорит Дарах.

— Угу.

Я вцепляюсь в его ладонь.

Он напрягается.

— Ты сказал держаться. Я держусь.

Дарах хмыкает, и мы двигаемся вперёд. Пол под ногами неровный, местами скользкий, приходится ступать осторожнее. Постепенно звуки внешнего мира растворяются, остаётся лишь гулкое эхо шагов и редкие капли воды, падающие в темноте. Коридор поворачивает раз, затем ещё, и воздух внезапно меняется — становится свежее. Я чувствую это раньше, чем понимаю почему.

Где-то впереди тихо плещется вода.

— Слышишь? — шепчу я.

— Почти пришли, — отвечает Дарах.

Мы выбираемся из узкого прохода, и я останавливаюсь, забыв сделать следующий шаг. Перед нами раскрывается подземный зал: потолок теряется где-то в высоте, стены гладкие, будто их веками шлифовала вода. В центре неподвижно лежит изумрудное озеро.

— Ох… — вырывается у меня.

Вода светится изнутри. Аквацит — я узнаю оттенок сразу — растворён в толще, окрашивая поверхность густым зелёным цветом. Свет отражается на сводах, дробится, переливается, и вся пещера будто дышит мягким живым мерцанием.

По камням вокруг тянутся полупрозрачные растения с длинными листьями. Они мерцают серебром и лазурью, словно собирают свет воды и отдают его обратно. Некоторые медленно раскрывают белые бутоны, будто реагируя на наше присутствие. Невольно ослабляю хватку, но не отпускаю руку Дараха совсем. Если честно… это лучшее, что я видела в этом мире. Правда.

Наконец, убираю ладонь, подхожу к воде, присаживаюсь на корточки у самой кромки и опускаю пальцы в озеро. Холод приятно кусает кожу, по поверхности расходятся круги, и растения вспыхивают ярче.

— Ого… — шепчу.

— Это лазурницы, — поясняет Дарах. — Они питаются магическим излучением аквацита.

— Конечно, — фыркаю я. — Всё вокруг чем-нибудь питается. Дозорные, например, предпочитают мои нервы.

Дарах тихо усмехается и опускается рядом. Некоторое время мы молчим.

— Если хочешь, можешь искупаться, — нарушает тишину Дарах.

Я поворачиваю голову.

— В подземном озере с неизвестной глубиной, магическими растениями и загадочным составом воды? Звучит, как план очень глупо умереть.

— Вода чистая. Здесь можно плавать.

Он чуть улыбается уголком губ.

— Могу отвернуться и даже одолжу свою рубашку.

— Щедро.

Снова провожу пальцами по поверхности. Прохлада уже не кажется такой колючей, скорее бодрящей.

— Спасибо, что привёл меня сюда, — говорю негромко.

— Я рад, что тебе нравится.

— Нравится — слабое слово. Это место… — я подбираю выражение, — словно из тех, где хочется забыть, что снаружи существует всё остальное. И... ты ужасно неудобный дракон, Дарах.

— Почему?

— Потому что на тебя сложно злиться.

— Погоди.

Я поднимаюсь, оборачиваясь к нему.

— Я сказала… Дарах. И да, на тебя чертовски сложно злиться несмотря на все мои усилия.

— И как давно ты знаешь?

Чуть склоняю голову, позволяя паузе повиснуть между нами.

— Догадайся.

Он внимательно изучает моё лицо.

— С аптеки, — говорит наконец. — Когда я заплатил.

Я хмыкаю.

— Раньше? — Его бровь едва заметно поднимается. — С чайной?

— Ещё раньше.

Теперь он молчит чуть дольше.

— Конь?

Я улыбаюсь шире.

— Теплее.

— Значит, с того момента, как ты передумала, — внезапно горит он.

— Бинго.

— Бинго?

— Неважно. Просто считай, что угадал.

— Знаешь… я всё же пойду купаться. Давай рубашку. А ты будь любезен избавиться от личины Рейнара.

Он замирает.

— Уверена?

— В купании или в разоблачении?

— В обоих.

Я пожимаю плечами.

— Озеро магически стабильно. Я доктор. Ты рядом, а значит, если что, вытащишь меня из воды. Так что не утону. А насчёт второго… — смотрю ему прямо в глаза. — Мне надоело разговаривать не с тобой, а с чужой маской.