Страшно ли мне туда ехать? Конечно, страшно. Я вообще не понимаю, как быть в этой ситуации. А ещё, судя по данным навигатора и тем указателям, что встречают нас при въезде в город, эта Алевтина Игоревна живёт всего в паре километрах от моего родительского дома. Там же, где когда-то жили и работали мои мама с папой... Черт!

Пождав губы, поднимаю взгляд и встречаюсь с глубокими, как море, глазами Тимофея. Они блестят, а пухлые губы мужчины растягиваются в улыбке. Так и тянет коснуться колючих щёк, погладить и в миллионный раз убедиться, что он реален. Что все по-настоящему... Но я не решаюсь. Лишь делаю глубокий вдох и снова перевожу взгляд на дочь.

– А ты разве не хочешь с ней познакомиться? Представь, как это здорово иметь сразу двух бабушек. Тем более, что они обе тебя очень любят.

– Я бы с большим удовольствием погостила ещё несколько дней у бабы Васи. Она классная! Тем более, – копируя тон отца, – деда обещал сводить меня на озеро... А я так хотела его увидеть!

– Увидишь в следующий раз, – смеётся он. – А вот и дом бабы Али, – кивая в сторону обычной пятиэтажной панельки. – Вон то окно на третьем этаже. С зелёными шторами.

– Надеюсь, новая бабушка не такая же мрачная, как ее дом...

«Я тоже, малыш. Я тоже», – мысленно перекрестившись, вторит мой внутренний голос.

Тим молча заезжает в узкий двор, с трудом находя свободное парковочное место. Выключает зажигание и выходит из машины.

– Все будет хорошо, – пытаюсь успокоить дочь. – С нами же наш папа. Он никому не даст тебя в обиду.

– И тебя, – обняв меня за шею, целует в щеку.

Чувствую, как тревога постепенно рассасывается. Улыбаюсь.

– Люблю тебя, – повернувшись, встречаюсь с глазами, точь-в-точь как у Тима. – Сильно-сильно.

– А я тебя!

– Мы справимся, – решительно заявляю я. Внезапно чувствую в себе прилив сил и энергии. Я эту кашу заварила, мне ее и расхлёбывать до конца. В конце концов женщина ни в чем не виновата! Это я себя накрутила, напридумывала невесть чего... Глупая! Ещё и ребёнка накрутила. Молодец, Варя. Просто браво. Ничего не скажешь...

Открыв сначала пассажирскую дверь, Тимофей помогает выйти Юле. Поправляет куртку, шарф, натягивает шапку чуть ли не до глаз. Заворожённо наблюдаю за всем этим и даже не замечаю, в какой именно момент Тим оказывается рядом.

– Дай мне руку, Варя, – распахнув дверь автомобиля, протягивает мне руку, помогает выйти из машины. Его ладонь сразу оказывается на моей талии, он прижимает меня к себе. Заглянув в глаза с невероятной нежностью, слегка улыбается, проводит по моей щеке костяшками пальцев.

– Ничего не бойся. Что бы не происходило, я всегда на твоей стороне. К тому же, Алевтина Игоревна не так страшна, как ты ее себе представляешь. Обычная женщина своих лет. Немного грубовата, правда, и себе на уме, но она всегда такой была. Сколько ее помню. Она может и покажется тебе слишком надменной, но это только на первый раз. Потом ты просто перестанешь это замечать. Хорошо?

Слегка поджав губы, киваю в знак согласия. У меня нет причин не доверять Тиму. К тому же, эта поездка - разовая акция. Одному Богу известно, когда мы будем здесь в следующий раз. Надо собраться, взять себя в руки и просто пережить. Это же так легко... наверное.

* * *

– Ну наконец-то! Я уж думала не дождусь, – нас встречает невысокая стройная женщина лет пятидесяти. – Заходите! Заходите скорее!

Распахнув дверь дверь квартиры, жестом приглашает нас внутрь. Пока идём, пристально рассматривает, сканирует проницательным взглядом, будто хочет прочитать все мысли. Когда переводит взгляд на меня, вдруг застывает. В стеклянных светло-голубых глазах что-то вспыхивает, бледное лицо моментально преображается, губы смыкаются, не оставляя от улыбки и следа.

– Варвара, – холодно произносит она. – Я так понимаю, это и есть твоя новая пассия?

Вздрагиваю как от удара, инстинктивно отступая назад. Стараюсь не выдавать волнения, вести себя уверенно. Хотя на самом деле во мне все свербит и сживается от обиды. Кажется, эта встреча будет даже сложнее, чем я думала изначально.

– Здравствуйте, – выдавливаю из себя, надеюсь не слишком жалко.

Тим берет меня за руку и мягко привлекает к себе. Другой рукой делает то же самое с неожиданно притихшей Юлей. Сначала смотрит на дочь, шепчет что-то одними губами. Я не могу разобрать, но судя по реакции дочери, по тому как она оживляется и даже выдаёт некое подобие улыбки, это нечто ободряющее и известное лишь им двоим. На меня Тимофей не смотрит. Только слегка усиливает давление на плечо, давая понять, что рядом и ни за что не отпустит, не даст в обиду.