Поцелуй становится жарче и требовательнее, перерастает в нечто большее. Я не хочу его разрывать, но воздуха не хватает. Отстраняюсь от него и жадно вдыхаю. Глаза дракона светятся желанием, а мне вдруг страшно становится. Я - взрослая девочка и отдаю отчет тому, что сейчас между нами происходит. К чему идет. Но если мы переступим эту черту, то назад пути не будет.

Моргаю и отвожу взгляд, прикусывая припухшую от поцелуем губу. Стюарт позволяет мне отстраниться, но полностью руки не убирает.

— Вижу, ты сомневаешься, — выдает возмутительно проницательный дракон. И сжимает мое бедро ладонью, вызывая внизу живота новый импульс жара. — Я понимаю и прошу у тебя прощения. Больше всего на свете боюсь, что ты не сможешь мне довериться. Знаю, прошлого не исправить, но….

— Да хватит, — прерываю его и прижимаю указательный палец к губам. Брови дракона трогательно и в тоже время надменно изгибаются. — Я и не дам тебе шанса повторить со мной прежние ошибки. Не позволю снова разбить мне сердце. Не для того я в твой мир попала, чтобы по тем же граблям идти. Но и усложнять не хочу. А все эти разговоры….

— Ты права, — перебивает меня дракон и ловким быстрым движением переворачивает и укладывает на кровать.

Нависает надо мной на вытянутых руках, ощупывает довольным, собственническим взглядом и накрывает губы поцелуем - голодным, даже жадным. А я так же жадно отвечаю, зарываясь пальцами в его шелковые волосы, купаясь в аромате кожи.

Ловко стаскивает с меня ночную сорочку, а я помогаю раздеться ему - нетерпеливо и порывисто. Испытываю сладостную дрожь, когда наши обнаженные тела соприкасаются. Скольжу пальчиками по мускулистым плечам дракона, впиваюсь в них и непроизвольно выгибаюсь навстречу, когда ощущаю его внутри.

С каждым толчком, с каждым движением мучительное давление нарастает, нарастает, пока тугая пружина не распрямляется. Яркая вспышка заволакивает сознание, мир перестает существовать. По телу растекается приятная истома, а низ живота отзывается мощными импульсами.

Сквозь пелену наслаждения ощущаю, как Стюарт вздрагивает с последним толчком и перекатывается с меня на кровать. Пульс дрожит в горле, дыхание рваное, но дракон находит мои губы и припадает к ним в горячем, но ленивом поцелуе.

— Моя, — хрипло шепчет на ухо и целует в висок. Сгребает меня в кольцо рук и прижимает к себе.

Опускаю голову ему на грудь Стюарту и закрываю глаза, улыбаясь. Так уютно и тепло. И больше нет никаких сомнений в правильности происходящего. Мы были предназначены друг другу, и никакие шутки драконьих богов не помешали нам встретиться.

Я стою перед таверной, вдыхая свежий воздух, пропитанный ароматами выпечки, трав и древесины. Вокруг звучат голоса, слышны звонкие детские крики, шумят торговцы, а на улице неспешно прогуливаются сельчане и… новые жители.

После строительства железной дороги всё изменилось.

Люди больше не боятся этих земель. Напротив, они приезжают – кто-то на заработки, кто-то навсегда. Строятся новые дома, белые стены и резные ставни теперь заполняют улочки, на месте которых еще недавно росла трава по пояс. Недалеко от центральной площади и вокзала идёт строительство лечебницы.

Я улыбаюсь, поглаживая тонкую ткань своего платья.

Оно нежного сапфирового цвета, из лёгкой парящей материи, с широкими рукавами и расшитым серебряной нитью лифом. Приветствую прохожих, решивших заглянуть в только что открывшуюся таверну. И украдкой наблюдаю за Пегги, суетящейся за стойкой таверны.

Она буквально светится радостью, когда улыбается очередному покупателю. Её пироги исчезают один за другим, и я даже не сомневаюсь, что в печи уже допекается новая партия.

Горжусь ею! И не я одна, между прочим.

С другого конца зала за девушкой наблюдает Тим.

Он одет в новый, безупречно сидящий камзол приглушённого винного цвета, с аккуратными пуговицами и вышитыми золотыми узорами вдоль рукавов. В его руках красивый букет, нежные кремовые розы перемешаны с полевыми цветами и веточками лаванды.

Парень терпеливо дожидается, пока очередь у стойки рассосётся, прежде чем направиться к Пегги. А она так увлечена работой, что даже не замечает его.

Наконец-то, Тим решается. Наблюдаю, как он медленно, но уверенно подходит к Пегги, сжимая в руках букет. Его пальцы чуть напряжены, но лицо остаётся серьёзным, сосредоточенным. Разве что уголки рта подрагивают в едва различимой улыбке.