Он подходит ближе, мягко и уверенно, и мне хочется сделать шаг назад – просто чтобы не поддаться искушению заглянуть ему в глаза дольше, чем следует.

Но я не двигаюсь. Сильная и упрямая, ага. Поднимаю на него холодный, как мне кажется, взгляд и скрещиваю руки на груди.

Стюарт останавливается рядом, достаточно близко, чтобы я ощутила тепло его тела, энергию, пылающую под кожей. После событий в доме Хоупса я стала особенно чувствительна к его магии. Он исцелил меня, щедро поделившись ею, частичкой себя.

— Или лучше называть тебя Алиной? — тихо говорит он, и я не могу понять, звучит ли в его голосе нотка сожаления или чего-то большего.

— Нет уж, все меня знают под именем твоей жены, и я к нему успела привыкнуть. Пусть остается, как есть.

Он хмурится.

— Как скажешь, но для меня вы совершенно разные личности. — Вздыхает и мельком оглядывает улицу. — Меня не было всего-то пару недель, и как же здесь все изменилось!

Я поднимаю подбородок выше, отвечая нарочито серьезно:

— Х-м-м-м. Две недели? Разве? А по моим ощущением ты только вчера уехал.

Он смеётся - низко, чуть лениво и качает головой.

А я ловлю себя на том, что улыбаюсь в ответ. Вот же ж…

Кажется, я проигрываю эту битву.

— И зачем же ты пожаловал на этот раз? — спрашиваю серьезным тоном, а сердце в груди трепещет, словно пойманная птица, бьющаяся о прутья клетки.

Стюарт отводит взгляд, но не отвечает сразу. Он делает ещё шаг вперёд, заполняя собой всё пространство между нами, и я ощущаю его тепло так близко, что дыхание невольно застревает в горле. Хочется выставить ладони и упереться ими в грудь дракона.

Его рука поднимается, и прежде чем я успеваю отстраниться, он бережно заправляет выбившуюся прядь волос мне за ухо.

Ту самую, что неугомонный ветер никак не желает оставить в покое.

Я моргаю, застигнутая врасплох этой нежной, почти интимной заботой с его стороны. Это так… неожиданно и мило, слегка неуклюже. Но, все-таки, мило.

Стюарт не спешит отстраниться. Он склоняет голову к плечу, будто разглядывает меня под новым углом.

— Останусь здесь до окончания строительства железной дороги. Чтобы лишний раз не мотаться и лошадей не гонять, — произносит будничным тоном и смотрит мимо меня на таверну. — Подышу свежим воздухом и… — опускает красноречивый взгляд на меня, — побуду рядом с тобой.

Я вспыхиваю, моргаю на него и чуть приподнимаю брови:

— В смысле? А жить ты где будешь?

Его усмешка становится шире, наглее.

— У тебя, разумеется. Ты же моя законная жена, Белинда.

Я замираю, уставившись ему в грудь.

Что-то горячее, почти опасное вспыхивает во мне, одновременно разжигая раздражение и выбивая почву из-под ног.

— Ты… ты серьёзно?! — издаю нервный смешок и морщу лоб. — Ты разводиться со мной собирался, забыл уже? Кстати, где документы, а? — протягиваю руку ладонью вверх в требовательном жесте. — Я жду.

Он запрокидывает голову и смеется, от звука его голоса мышцы живота сводит сладкой судорогой. Да как ему это удается?!

Качаю головой, раздраженно поджимая губы, и смотрю на Тима, который деловито проверяет крепость узлов на сундуках, привязанных к задней части экипажа.

Сундуках.

Полных сундуках.

У меня отвисает челюсть.

— Да не может быть… — выдыхаю я. — Ты, правда, остаешься?!

Стюарт только качает головой, явно забавляясь моим потрясением, и небрежно поправляет манжеты своего камзола.

— Разумеется. Я же сказал - останусь, чтобы быть рядом с женой. И следить за строительством.

Я открываю рот, чтобы возразить, но…

Не знаю, что сказать.

Как же он раздражающе спокоен! Явился ко мне с вещами (с полным экипажем вещей, между прочим!) с надменным выражением лица и заявил, что он остаётся.

А я ведь даже не могу толком возразить. Неужели драконище чувствует, что продавил меня?

— Как прошло слушание? — перевожу тему в попытке скрыть неловкость.

— Мариссу и ее высокопоставленных покровителей признали виновными и приговорили к заключению в узнице на каменном острове, — бесцветным деловым тоном отвечает Стюарт без тени улыбки.

Поднимаю на него взгляд.

— А я?

Он понимает, что имею в виду и коротко кивает.

— Я сохранил твою тайну, как и обещал. Правильнее было бы добавить к списку ее деяний убийство Белинды, но твое душевное спокойствие для меня важнее.

— Спасибо, — сухо бросаю, и в воздухе повисает многозначительная пауза.

Стюарт решается ее заполнить и плавно приближается ко мне, но я интуитивно делаю шаг назад.