Поместье кажется мне безопасным, но то, как на все реагирует лорд Эверли, заставляет меня усомниться в своем впечатлении.

Куда могли подеваться эти непоседливые сорванцы? И почему их исчезновение вызывает такую панику у лорда Эверли?

И как назло, в голову лезут мысли о том загадочном преступнике, которого подкармливает Бетти. А вдруг это он похитил детей?!

Лорд Эверли несется по направлению к пруду, его шаги гулко отдаются в тишине сада. Мистер Беркли, хоть и старается не отставать, заметно уступает ему в скорости. Я же, с трудом поспевая за ними обоими, чувствую, как сердце колотится в груди, словно птица в клетке.

Добежав до пруда, лорд Эверли останавливается, оглядываясь по сторонам. Его глаза, обычно такие спокойные и проницательные, сейчас мечутся в поисках хоть какой-то зацепки. Мистер Беркли, запыхавшись, подходит к нему.

— Ничего? — спрашивает он, переводя дыхание.

Лорд Эверли отрицательно качает головой.

А затем бросает на меня странный взгляд, как будто ему нужно решиться что-то предпринять, и он не уверен в том, что я правильно отреагирую.

— Мистер Беркли, я могу просить вас… об одолжении? — вкрадчиво говорит лорд.

Тот, будто сразу понял, о чем идет речь, кивает:

— Конечно, милорд. Все, что в моих силах.

В его голосе звучит искренняя готовность помочь, но я чувствую, как напряжение в воздухе сгущается. Что-то здесь не так.

Лорд Эверли глубоко вздыхает, словно собираясь с духом.

— Тогда прошу вас… использовать свой дар.

Он произносит это почти шепотом, словно боится, что его услышит кто-то посторонний. И по выражению лица мистера Беркли я понимаю, что это… нечто крайне необычное.

Глаза мистера Беркли на мгновение вспыхивают странным золотистым светом.

А в следующий миг он начинает меняться самым неожиданным образом. Его тело сильно вытягивается, а кожа покрывается чешуей…

…И через секунду из одежды мистера Беркли выползает огромная змея с голубовато-зелеными глазами и раздвоенным языком, мелькающим в воздухе!

Отшатываюсь, вскрикнув от неожиданности, но лорд Эверли крепко хватает меня за руку.

— Не бойтесь, Анна, — торопливо объясняет он, — Он ищет их. Он чувствует их след.

Мой разум отказывается воспринимать увиденное.

Змея? Мистер Беркли — змея?

Это же не сон? Крепкая хватка лорда Эверли возвращает меня к реальности. Испуг уступает место любопытству. Точно не сон.

Тем временем змей, а точнее мистер Беркли, проскользнув мимо, быстро движется через кусты по парку.

Лорд Эверли тянет меня за собой, следуя за змеем.

— Он чувствует их след, — повторяет он, словно пытаясь убедить не только меня, но и себя самого.

Ветки хлещут по лицу, ноги вязнут в мягкой земле, но я не отстаю. Я должна увидеть, что будет дальше. Должна понять, что происходит.

Змей останавливается у старого дуба, обвивает его корни и замирает, приподняв голову. Раздвоенный язык мечется в воздухе, улавливая невидимые запахи. Лорд Эверли подходит ближе, его лицо напряжено.

— Что-нибудь учуяли? — спрашивает он шепотом.

Змей кивает, вернее, его голова слегка склоняется в знак согласия. Затем он разворачивается и ползет в сторону леса, проскальзывая между деревьями с невероятной скоростью. Лорд Эверли отпускает мою руку и бежит следом, крикнув через плечо:

— Анна, возвращайтесь в дом, мы их скоро найдем!

И похоже, в его голосе звучит облегчение. Но он не знает того, что знаю я!

«Может, следовало давно рассказать ему про Бетти и человека из леса? — бьется в голове мысль. — Если с детьми что-то случится из-за моего молчания, я себе не прощу!»

— Все хорошо, возвращайтесь, — настаивает лорд.

Но я не слушаю его. Любопытство и страх за детей пересиливают. Я бегу, спотыкаясь о корни, царапая руки о колючие кусты. Сердце колотится в груди, дыхание сбивается.

Вдруг, вдалеке, раздается слабый детский вскрик. И мы все трое мгновенно останавливаемся, прислушиваясь.

Еще вскрик…

Лорд Эверли мгновенно выпрямляется, словно натянутая струна.

— Там! — кричит он, указывая в сторону чащи. — Они там!

И, не дожидаясь никого, он ускоряет бег, словно гончая, почуявшая добычу.

Паника нарастает.

Кажется, лорд Эверли, словно дикий зверь, готов разорвать любого, кто посмеет причинить вред его маленьким сорванцам! Он стремительно продирается сквозь колючие заросли, а я едва поспеваю следом.

И тут, словно в насмешку над моими опасениями, сквозь шелест листвы доносится… заливистый детский смех!

Задыхаясь, я выбегаю на небольшую полянку и замираю, как громом пораженная. Передо мной предстает картина, достойная кисти художника!