— Мистер Уолден, — говорю я с улыбкой, — я принесла вам перекусить. Завтрак, который вы пропустили, и немного блинчиков. Уверена, они поднимут вам настроение.

Мистер Уолден с благодарностью принимает миску. Его глаза на мгновение светлеют.

— Какая вы добрая, мисс, — бормочет он, принимаясь за омлет. — Право слово, давно я не ел ничего столь вкусного. А блинчики… от них так и веет теплом и заботой.

Он откусывает кусочек блинчика, и я пристально наблюдаю за ним. По его лицу не пробегает ни тени удивления, ни проблеска воспоминаний. Лишь тихая радость от простого угощения. Эльфийская магия пока молчит.

— Мистер Уолден, — нерешительно начинаю я, — а что именно милорд приказал вам вычистить? Что-то конкретное?

Старик вздыхает и откладывает вилку.

— Да все, мисс! Все, что росло не по плану, все, что казалось ему лишним. Не знаю, что на него нашло. Еще до завтрака вызвал в сад, сам ходил, указывал, что нужно убрать. Никогда раньше не видел его таким… придирчивым. Обычно он доверял мне сад, а теперь… как будто сомневается во мне.

В его словах нет ничего подозрительного, лишь обида преданного своему делу человека. Но, возможно, именно в этой обиде и кроется ключ?

Оглядываюсь по сторонам.

Необычайно красивая оранжерея, только запущенная. Особенно впечатляет коллекция мхов. И судя по огромной куче свежевыдранных сорняков, все утро мистер Уолден потратил на прополку.

— А вы не знаете, почему он так внезапно решил заняться садом? Может, кто-то посоветовал ему? — продолжаю расспросы, стараясь говорить непринужденно.

Мистер Уолден пожимает плечами.

— Не знаю, мисс. Милорд в последнее время вообще ведет себя странно. После того как леди Имоджин не стало, он совсем забыл о саде. А теперь вдруг вспомнил!

Он снова берется за блинчик, и на этот раз я замечаю мимолетное замешательство в его глазах. Будто что-то всплыло в памяти.

— Помнится, он так суетился, когда готовил эту оранжерею для леди Имоджин. Хотел успеть до свадьбы, чтобы в медовый месяц она уже могла заниматься тут любимым делом — разводить мхи.

Ах вот оно что!

У меня все складывается в предельно ясную картину. Визит Альвига и вчерашние разговоры об эльфийской магии напомнили лорду Эверли об оранжерее. И он решил все обновить.

— А может, милорд думает, что пропавшее серебро спрятали где-то тут? — подвожу разговор к тому, что пытаюсь выяснить.

Мистер Уолден удивленно вскидывает брови:

— Серебро? Здесь? Да быть такого не может! Я тут каждый уголок знаю, как свои пять пальцев. Если бы что-то прятали, я бы обязательно заметил. Здесь никого не бывает. Ну, кроме меня, конечно.

— Вы уверены, мистер Уолден? Даже в самых дальних уголках?

Садовник хмурится, задумывается.

— Ну, даже если кто-то и пробрался сюда, что очень маловероятно, он бы не смог ничего спрятать. Почва тут плотная, мхи не дадут копать, а все горшки и вазоны уже вросли в землю. Это исключено, мисс.

Я понимаю, что садовник прав. И по тому, как охотно он готов размышлять вместе со мной о пропаже, видно, что ему самому интересно — кто же стащил ложечки?

Но тут нашу беседу прерывает необычное явление за стеклом оранжереи…

— Мисс Анна, а мы вас видим! — снаружи к стеклу прижимаются две озорные мордашки, делая из носов пятачки. Вид у них необычайно смешной. Я еле удерживаюсь, чтобы не расхохотаться и не спровоцировать новое озорство.

— Мистер Уолден, разве лорд Эверли держит поросят? — с напускным удивлением указываю ему на пятачки за стеклом.

— Что? — не сразу понимает старик. — Ах, эти… Да, эти поросята у нас уже восемь лет живут!

Раздается довольный хохот двойняшек.

Улыбаюсь, глядя на ребячьи лица за стеклом. Близнецы обожают подшучивать над окружающими, и, судя по всему, мистер Уолден — их излюбленная мишень.

— Мистер Уолден, а они часто здесь бывают? В оранжерее? — спрашиваю, не отрывая взгляда от детей.

— Да каждый день! — отмахивается садовник. — Но дальше порога не заходят, знают, что я ругаюсь. Наступят еще на мхи, а те долго отрастают, а проплешины ничем не закрыть!

— Уроки сделали? — спрашиваю, выйдя из оранжереи.

— Ну разумеется, — приосанивается Альберт. — Мисс Анна, а папа разрешил нам завтра тоже с вами поготовить немного. Мисс Финч все равно разболелась дальше некуда! Хрюкает в платок!

— Берти, так нельзя говорить о старших, — одергивает его Шарлотта.

— Но она правда разболелась, — возражает брат. — Так что мы свободны!

— И что же вы хотите приготовить на этот раз?

— Ореховое печенье, — опередив брата, выпаливает Шарлотта.

— Сконы со сливками, — с небольшим запозданием сообщает Альберт.

— Давайте так: раз Шарлотта первой назвала блюдо, то завтра будем готовить именно его. А твои… как их?

— Сконы, — подсказывает Альберт, — это булочки такие.