Все вместе мы выходим в сад, где на лужайках уже накрыты столы для многочисленных гостей.

Мимо пробегают двойняшки, а за ними мистер Беркли.

Кажется, он вот-вот обратится в змея, чтобы поспеть за непоседами.

— Альберт! Шарлотта! — кричит он, но в голосе его слышится скорее усталость, чем гнев. — Что я вам говорил про лазание по крышам и издевательства над флорой и фауной?!

Ребятишки, ничуть не смутившись, заливаются звонким смехом и уносятся вдаль по аллее, оставив за собой лишь облако пыли и хохот, эхом разносящийся по окрестностям.

Праздник начинается. Звучит музыка, льются напитки, смех наполняет все поместье.

Но для меня этот день уже стал особенным. Днем, когда любовь победила предрассудки. Днем, который навсегда останется в моей памяти как символ надежды, веры и безграничной любви. И даже Грэйс, прогуливающаяся в саду поодаль, смотрит на нас без осуждения, только с легкой грустью из-за того, что в поместье скоро многое изменится.

Я благодарна судьбе за все, что имею, за Ричарда, за ребятишек, за всех этих добрых и прекрасных людей, которые окружают меня. А еще — за удивительную Люми, которая сейчас гуляет где-то в саду, наполняя все поместье удивительной, нежной магией.

Я счастлива. По-настоящему счастлива.