Взгляд генерала придает мне уверенности. Он видит то, чего не вижу я сама. Потенциал… что ж, проверим!

В кофейне я тоже начинала с нуля, и ничего, за пару дней научилась делать сложные латте-арты. Мои картинки на поверхности свежей кофейной пенки вызывали восхищение и поднимали настроение посетителям кафе. Может, и с эльфийской магией разберусь?

Я решаюсь задать вопрос, который мучает меня больше всего:

— Но как… как я должна это делать? С чего начать? У меня нет ни малейшего представления о магии! И что вообще значит «готовить, чтобы изменить судьбу»? Это звучит как минимум… странно!

Генерал Альвиг улыбается краешком губ.

— Начните с малого, Анна. Почувствуйте ингредиенты. Позвольте им говорить с вами. Эльфийская магия течет через еду, через травы, через специи. Она откликается на ваши эмоции, на вашу волю. А изменить судьбу… это значит, направить человека на верный путь, дать ему силу, исцелить его душу.

— Мне кажется, сегодняшние блинчики на завтрак уже были первым шагом на этом непростом пути к постижению магии, — замечает лорд Эверли.

И я вижу в его глазах такое одобрение и поддержку, что сердце начинает биться чаще.

Слова генерала звучат как откровение. Почувствовать ингредиенты… Это ведь то, что я всегда делала интуитивно!

Когда я готовлю, часто закрываю глаза, представляя аромат свежеиспеченного хлеба, пряный запах корицы, терпкость лимона. Все эти запахи — как ноты в симфонии, и я всегда старалась уловить их гармонию, чтобы создать что-то особенное. Неужели это и есть магия? Неужели я всегда неосознанно творила чудеса на кухне?

Вдыхаю поглубже и твердо говорю:

— Я попробую. Я постараюсь оправдать ваши ожидания.

Генерал Альвиг легко касается моей руки. Его прикосновение странное, как будто прохлада леса окутывает меня.

— Я уверен, у вас все получится, Анна. Просто доверьтесь своим чувствам. И помните, магия — это не только сила, но и ответственность.

«Где-то я это уже слышала, — думаю я, спускаясь по лестнице в полумраке. — Ах да, Марта что-то такое говорила… Вот у кого сейчас неплохо бы попросить совета!»

Но тут я слышу голоса под лестницей и замираю, прислушиваясь…

Забыв про эльфийскую магию и кулинарные откровения, чувствую, как во мне просыпается обычное человеческое любопытство.

Недолго думая, тихонько спускаюсь на пару ступенек вниз, чтобы лучше слышать разговор. Судя по голосам, это камеристка и одна из горничных.

— А я говорю, что мистер Уолден в последнее время какой-то странный, — уверенно продолжает камеристка. — И я видела своими глазами, как он шел по коридору от кладовой накануне пропажи!

— Но серебро могли украсть и раньше, — возражает горничная. — А Чамерс обнаружил пропажу только когда начал подготовку к званому ужину!

— А утром мистер Уолден выходил из дома с каким-то свертком в руках, — припечатывает камеристка. — Уж очень это подозрительно!

Вспоминаю добродушное лицо мистера Уолдена, старика-садовника. Неужели он способен на кражу? Что-то не вяжется. Интуиция подсказывает, что дело гораздо сложнее, чем считает камеристка. Возможно, его подставили? Или у него есть веские причины так поступить?

Решение созревает мгновенно: нужно поговорить с самим садовником. Нельзя позволить, чтобы невинного человека оклеветали.

Бесшумно поднимаюсь обратно, стараясь не привлекать внимания. Буду действовать осторожно и продумать план. Просто расспросить мистера Уолдена будет слишком прямолинейно и может его напугать, если он действительно что-то скрывает. Лучше начать с малого — заглянуть в сад и поболтать с ним, пока он работает. Только нужно выбрать удобный момент…

Сплетницы еще немного шушукаются, а затем уходят.

Возвращаюсь в кухню и вижу, что Марта как раз прибирается после ужина для слуг. Миски суетятся на столе, половники старательно плещутся в большом чане, смывая остатки жира. Метелка деловито ползает, подбирая крошки с пола.

Внезапно меня осеняет. Может, мои кулинарные таланты и эльфийская магия могут помочь в расследовании? Если я смогу приготовить что-то особенное, что-то, что позволит мне почувствовать настроение садовника, узнать его истинные намерения?

Глупо, конечно, думать, что все прямо так сразу получится, но почему бы не попробовать? В конце концов, генерал Альвиг сказал, что эльфийская магия откликается на эмоции. И кто знает, вдруг мои блинчики, настоянные на эльфийской силе, смогут пролить свет на эту запутанную историю с пропавшим серебром?

— Марта, у меня просьба, — подхожу к помощнице и крепко берусь за край миски, норовящей уползти от меня по столу. — Научи меня вот этим бытовым штучкам.

— Зачем тебе это? Есть ведь мы, помощницы, — удивляется Марта.

— Нужно, — улыбаюсь я. — Очень нужно, поверь.