Я смотрю на жену Михаила и слепну от страха в ее глазах. Она не плачет, просто сидит бледнее стены и квадратными от страха глазами смотрит на своего мужа.
Я хорошо контролирую свои эмоции и чувства, но сейчас мне просто хочется взорвать нахер этот кабинет с Михаилом в том числе. Умыться его кровью.
— А ты че смотришь? — снова обращается к врачу. — За инструменты — и вперед!
— Михаил Владимирович, — трясется врач. — Это подсудное дело! Так нельзя! Я не имею права! Вы что? Это же бесчеловечно!
До меня доходит смысл происходящего.
Я знаю, что Фома с Варварой должны были идти на ЭКО, но, вероятно, его жена, узнав об измене, отменила все.
Михаил двинулся головой.
И решил, что насильно это сделать — лучший выход.
Боковым зрением вижу, как заходит Али.
— Фома, — тихо зову Михаила.
Тот дергается, оборачивается и тут же наставляет на меня пистолет. Варвара вскрикивает и зажимает рот рукой, меня собой закрывает Али.
До Михаила медленно доходит смысл происходящего. Обезумевший взгляд постепенно становится осмысленным, и Фома опускает пушку.
— Иван, Ворон, уведите Михаила.
Парни — чистая мощь. Солдаты. Вдвоем уложат его влегкую, но тот весь обмякает, смотрит на Варвару, которая сжавшись сидит в углу между шкафом и стеллажом. Потом переводит взгляд на врачей и выдыхает:
— Твою мать… Варенька… девочка, прости. Родная, я не хотел, — тянет руки к ней, но она отшатывается.
Ворон переводит взгляд на меня, и я отрицательно качаю головой. Тот не пускает Михаила к жене, кладет руку ему на плечо.
— Прости, я сошел с ума. Обезумел. Прости! Детка, я бы никогда не поступил так с тобой!
Парни заламывают Михаилу руки, выводят из кабинета.
Тот кричит мне:
— Булат, прости! Я не знаю, что на меня нашло! Бес попутал!
В воцаряющейся тишине слышится всхлип медсестры, а потом она сползает по стеночке и валится на пол без сознания. Врач, мужчина лет пятидесяти, смотрит на меня, как на призрак. Бледный, шокированный.
Варвара же опустила голову на колени. Мне не видно выражение ее лица.
— Али, разберись тут со всем, — поручаю помощнику.
— Будет сделано, — отвечает тот.
— Отличная работа, — кладу руку ему на плечо и обхожу парня.
Тот следит за каждым моим движением. За тем, как я тяну Варвару за предплечье. Как она поддается и поднимается на ноги, но спотыкается, едва не падая.
Как я беру ее на руки, хотя не должен касаться чужой женщины.
Но это уже было, всего пару дней назад. И ощущения от этих прикосновений до сих пор горят на коже.
Варвара не сопротивляется, просто замирает. Я усаживаю ее на заднее сиденье машины и срываюсь с места.
Я не знаю, зачем делаю все это.
Но знаю, что иначе не могу…
Глава 9. Лайла
Варвара
Надо сказать, я не верила в Булата.
Я представила картину, как этот мужчина развлекается с какой-нибудь секретаршей, под стать Светлане. Вижу ту же картину, как Булат нагибает ее на кожаном диване, с оттяжкой шлепает по заднице, как та стонет. Как он входит в нее.
И тут мое СМС. Спаси. Помоги.
Вижу, как он откидывает телефон в сторону и продолжает делать то, что делал.
В какой-то момент я подумала, что сейчас прямо тут, на кушетке, все и случится. Есть очень красивый термин — репродуктивное насилие. Интересно, он был бы применим к моей ситуации?
До последнего я надеялась, что Миша придет в себя. Но что-то перещелкнулось в его голове. Какой-то переключатель опустился , и вариантов, что он поднимется назад, нет.
До последнего я надеялась, что Миша успокоится и уйдет. Поймет, что совершает огромную ошибку. Я видела, что он не в себе. Впервые в жизни мне показалось, что в него вселился сам Дьявол.
А потом он достал пистолет.
Вот тут надежда покинула меня. Врач трясся, как осиновый лист. И я бы не стала его винить, если бы он сделал подсадку насильно. Человек прост и примитивен, он боится за свою жизнь.
Я помню одно — страх. Страх из-за того, что шальная пуля может прилететь в кого-то.
Когда в дверях появился Булат со своими людьми, я не поверила собственным глазам. Это мираж? Видение? Игры разума, который выдает желаемое за действительное?
Мишу увели, и все силы, что были, оставили меня. Адреналин утих, настала апатия.