— Ну давай, делись со мной, — Булат утягивает меня в тень больших деревьев и усаживает рядом с собой. — О чем ты там подумала?

— Ни о чем, — веду плечом и вру.

Очень хреново вру, надо сказать. Булат на раз-два раскусывает меня.

— Ладно, сдаюсь. Подошла к двери, стоны услышала. Думала, все, вот и настал конец моей сказке.

— Вот как, — улыбается, гад. — А мне ты никогда не говорила, что чувствуешь себя как в сказке.

— Как это не говорила? — возмущаюсь. — Я каждый день говорю тебе, как счастлива.

— Не-а, — качает головой.

— Нет?

— Нет.

Хмурюсь. Неужели?

— Раз так, тогда официально: я самая счастливая женщина на свете. У меня самый прекрасный муж и ребенок, — ласкаюсь к мужу, целую его в колючий подбородок.

Булат отвечает так, будто не было всех этих лет с миллионами поцелуев. Нацеловавшись, он серьезнеет:

— Хорошо, что ты зашла, Варя. Плохо, конечно, что ты видела то, что не полагалось, но это уже проблемы тех, кто решил потрахаться в общественном месте. Можешь ответить мне честно на один вопрос? — спрашивает хмуро.

— Конечно.

— Ты не доверяешь мне? Я понимаю, что у тебя был опыт, но… неужели думаешь, я могу поступить так же?

— Я не поверила своим ушам, Булат. И никогда бы не ушла, не убедившись, что поняла все правильно.

Булат берет мое лицо в свои руки, зацеловывает его:

— Я никогда не предам тебя, Варя. Слишком долго ждал тебя, чтобы вот так потерять.

Я знаю, что в нашей истории, в нашем прошлом есть нечто большее. То, чего мы не видим и, возможно, никогда не узнаем. Какая-то предыстория, о которой нам никто и никогда не расскажет. Ну и пусть.

Главное, что у нас есть наше будущее, о котором мы сможем рассказать сами. Нашим детям и внукам.

— Варь, а поехали домой? Я жутко соскучился по Назару, — заговорщически шепчет муж.

— Поехали! — подскакиваю.

На самом деле, я тоже очень соскучилась по сыну. Его забирает из сада няня, так что он уже должен быть дома.

Едем на машине мужа, всю дорогу не можем разомкнуть рук, гладим друг друга пальцами, улыбаемся.

— Мамуля! Пап! — Назар вылетает нам навстречу и падает в объятия.

Проводим вечер всей семьей. Вокруг юлой вертится Лайла. Строим планы на отпуск, да и спальню Назару пора переделывать. Она делалась для новорожденного, а сынок у нас уже взрослый пятилетний парень, уже и школа на носу, так что смело можно менять обстановку.

Нахожу в интернете интересные референсы, показываю сыну. Они с Булатом спорят, выбирают то, что по душе. Я не влезаю, мне все нравится, и я заранее согласна с их решением.

Когда Назар засыпает, окрыленный тем, что у него теперь будет все по-другому, Булат уводит меня в спальню.

— Как насчет того, чтобы подумать о пополнении семейства? — играет бровями и стягивает по ногам домашние брюки.

— Эй! Ты что! Так не делается, Булат! — возмущаюсь сквозь смех.

— Ты, конечно, у меня бизнесвумен и все такое, но давай найдем в твоем графике окошко, м-м-м?

Щекочет меня пальцами, а я пытаюсь увернуться от этих касаний.

Конечно, Булат преувеличивает, но тему второго ребенка он уже поднимал неоднократно. Я, в общем-то, тоже созрела. Отошла от первого впечатления, да и сынок взрослеет не по дням, а по часам.

— Как насчет белокурой девчули, а? — подмигивает, засранец.

— Ты меня соблазняешь? — смеюсь и утыкаюсь носом Булату в волосы, вдыхаю, прикрываю глаза от удовольствия.

— А что, получается? — смеется муж.

— Еще как!

— Тогда приступим! — произносит со всей серьезностью и принимается меня раздевать.