- Ты хочешь остановиться? - хрипло спрашиваю, с трудом подавляя внутреннего зверя, который впервые за семь лет так яростно рвется наружу. Учуял свою истинную. Единственную. И не желает возвращаться в спячку. - Твое слово для меня закон, Командирша.

Судя по ее загадочной улыбке, она уже слышала все это от меня в прошлом. Вместо ответа смотрит на меня с безграничной нежностью, в которой я утопаю и не хочу спасаться. Дрожащими пальцами она цепляет пуговицы моей рубашки, расстегивает по одной. Неторопливо, мучительно, будто дает нам время передумать. Однако с каждым ее прикосновением мне все сложнее отказаться от нее.

- Нет, - шепчет после изнурительной паузы. - Вспомни меня, Мишенька, и вернись по-настоящему...

Границы между нами стираются. Больше нет запретов и обид. Мы летим друг к другу на поднятых парусах. Сталкиваемся на полной скорости. В щепки. В пыль.

Нас штормит, рвет на части, подбрасывает на волнах.

Настя с придыханием повторяет мое имя, просит никогда больше не оставлять её. Я даю клятву и надеюсь, что смогу её сдержать.

Я всегда буду возвращаться к ней.

После шторма наступает штиль. Море становится чистым и прозрачным.

Настя затихает в моих объятиях, разметав шелковистые волосы по плечам. Зарываюсь в них рукой, пропускаю пшеничные пряди через пальцы. Дыхание выравнивается, напоминая слабый шум волн. Целую её в макушку, полной грудью вбираю знакомый аромат полевых цветов - и застываю в моменте.

Моя тихая гавань.

На следующее утро

Анастасия

В крепких мужских объятиях до одури жарко, но я не спешу выбираться. Наоборот, плотнее прижимаюсь спиной к твердой, горячей, мускулистой груди, поглаживаю тяжелую руку на своей талии, томно потягиваюсь в медвежьем капкане. Впервые за долгое время я просыпаюсь в постели не одна.

Миша порывисто обнимает меня сзади, выбивая воздух из легких, жалит поцелуями плечо, шею, щеку, висок... Зарывается носом в мои разметанные по подушке волосы - и дышит мной. Глубоко и жадно, как будто ему не хватает кислорода, и только я могу его спасти.

Я готова помочь, но…. знать бы, как? Моей любви оказалось недостаточно.

- Доброе утро, - шепчу сипло, и уголки губ непроизвольно тянутся вверх. Мне так хорошо сейчас, что не хочу думать о плохом. - Давно проснулся?

Оборачиваюсь, чтобы встретиться с ним взглядом - и улыбка слетает с моего лица. Миша выглядит помятым и уставшим, будто.…

- Не спал всю ночь? - озвучиваю вслух свою догадку. Тяжело вздыхаю, проводя пальцами по его скуле. Он не отвечает, а лишь прижимается колючей щекой к моей ладони и целует в запястье. - Потому что я рядом, и ты боишься мне навредить? Миша, надо было….

- Тш-ш-ш, - укладывает палец на мои губы. Убрав непослушные локоны с лица, он целует меня. Осторожно, трепетно, как будто я хрустальная и рассыплюсь от малейшего нажима. - Ты так мирно спала, что я не хотел тебя тревожить, - хрипло произносит. Гипнотизирующе, до мурашек. - Ласково звала меня по имени, забирала одеяло, а потом тянулась ко мне, чтобы согреться. Это была лучшая ночь в моей жизни. По крайней мере, в той ее части, которую я помню.

Его ладони блуждают по моему разгоряченному, влажному телу, поцелуи становятся глубже и откровеннее. Не выдержав, он срывается с цепи. Присваивает меня, как в первый раз. Страстно, ненасытно, словно ночью ничего не было.

Я забыла, каким голодным он бывает со мной. Спустя семь лет разлуки его голод стал зверским и нестерпимым. Это чувство с каждым поцелуем передается и мне. Я тоже дико скучала.

Наконец-то со мной мой Миша.

Настоящий. Живой. Любящий.

Медведь, вышедший из долгой спячки. И я не позволю ему снова спрятаться в берлогу. Мы будем вместе, несмотря ни на что, и все преодолеем.

- Можно я в душ? - стыдливо прошу, когда чувствую, что постель насквозь пропиталась нашим потом и запахами близости.

Миша нехотя ослабляет хватку, а я пользуюсь временной свободой, чтобы обернуться мокрой простыней. Я пахну им, но его это ни капли не смущает. Он доволен, как зверь, пометивший самку.

Демин всегда был собственником - это у него в крови. Как и верность, которую он пронес через годы и вопреки амнезии.

- Я быстро, - нервно тараторю, пытаясь найти свою одежду, хаотично разбросанную по комнате. - Потом приготовлю нам завтрак. Посмотрю, что можно сделать из продуктов, которые мы привезли с собой. Надеюсь, ничего не испортилось, - задумчиво касаюсь пальцем подбородка. Поворачиваюсь к Мише, смущаюсь ещё сильнее, когда ловлю на себе его горящий взгляд. - А ты попробуй немного подремать. Ладно?