- Настя.… - повторяю одними губами, и снова её образ перед глазами. - Как выбросить тебя из головы?
- Миша, а где… - резонирует в ушах голос Альбины, но я шикаю на нее, указывая на уснувшего малыша. Она кивает и мгновенно исчезает, как по волшебству. Удобная женщина. Порой чересчур…
Отношу сына в детскую. Некоторое время сижу над его кроваткой.
Может, не всё так плохо, Михаил Михайлович? Вместе прорвёмся.
Глава 8
Анастасия
- Вернусь – распишемся. Ты только дождись. Даже если не дождешься, все равно найду тебя и заберу.
- Обещаешь?
- Клянусь.
Я просыпаюсь за секунду до того, как прозвенит будильник. Отбрасываю одеяло, которое обнимала, как родного человека, и будто ныряю в сугроб после жаркой бани. Тело сковывает льдом, а внутри полыхает пожар.
Делаю рваный вдох – и легкие горят, словно я всю ночь не дышала.
Мне снился Миша.
Прежний Миша. Такой живой и осязаемый, что я не могла надышаться им. Затаив дыхание, боялась его потерять. Снова.
Я отпускаю смятую простыню, в которую вцепилась онемевшими пальцами. Достаю телефон из-под подушки, выключаю сигнал, чтобы не разбудить дочек раньше времени, и лихорадочно листаю историю сообщений. Испепеляю глазами сухое «Спасибо» от Демина.
Значит, это был не сон. Я действительно написала ему посреди ночи. На автопилоте, будто в меня вселилась та наивная Настя, которая искренне верила и беззаветно любила. Которая до сих пор не может отпустить прошлое.
Здравый смысл требует отказаться от любимого мужчины и забыть навсегда, но шестое чувство раненой птицей трепыхается в груди, умоляет присмотреться к нему, убедиться, что все именно так, как кажется…
Гордость склонила голову перед интуицией, а пальцы сами набрали текст сообщения.
Он ответил незамедлительно. Как будто тоже не спал. И ждал….
«Спасибо». Как обухом по голове. И точка.
А чего я ожидала? На что рассчитывала?
Найдет и заберёт? Смешно....
Мазохистка!
Одним коротким сообщением я подписала себе приговор. Теперь мне придется организовывать свадьбу бывшему. Своими же руками торжественно вручить его другой женщине. Впереди две недели, что превратят мою жизнь в ад. Наверное, я должна пережить это. Увидеть все собственными глазами, чтобы не питать ложных надежд. Пройтись по осколкам собственного сердца босиком – и двигаться дальше. Без него.
- Ма-а-а-а! – визжат дочки в коридоре.
Шаги стремительно приближаются, дверь распахивается настежь. На пороге толкаются мои Незабудки, вызывая улыбку. Опять что-то не поделили?
- Ариша забрала цепочку! – жалуется Поля, хватая сестру за руки. – Положи на место!
- Нет! – упрямо топает ногой та. – Ты стукачка!
- А ты воровка!
- Прекратите обзываться и извинитесь друг перед другом, - строго приказываю обеим. – Веселое «доброе утро», - тяжело вздыхаю, поднимаясь с постели.
Надув губы, они послушно обнимаются, а потом Ариша протягивает мне цепочку, из-за которой они поссорились.
- Давай папу поищем? – тихонько лепечет, строит умоляющие глазки и наклоняет голову.
На раскрытой ладошке – армейский жетон. Миша оставил мне его перед тем, как уехать навсегда, а я сохранила в детских вещах, как оберег. Показывала дочкам, когда они спрашивали об отце. Теперь понимаю, что зря.… Мои смышленые малышки жадно впитывали каждое слово, а в их маленьких, чистых сердечках с каждым днем разрасталась надежда. Я сама виновата в этом.
- Вдруг папу украли? – испуганно округляет глаза Поля.
Наивные вопросы рвут мне душу в лохмотья. Дети даже не догадываются, что их отец совсем рядом. Он сам сделал выбор в пользу жены и сына, а мы ему оказались не нужны.
Как сказать им об этом? Как объяснить?
Молча забираю жетон, зажимая его в кулаке, и порывисто обнимаю девочек. Расцеловываю румяные щечки, улыбаюсь через силу, пряча слёзы, и бодро предлагаю:
- Давайте вы сегодня садик прогуляете?
- А можно?
Они загораются, как два огонечка, мгновенно переключаясь на новую тему. Забывают о ссоре, но не об отце.… Наш нелегкий разговор остается в подвешенном состоянии, и я решаю доверить его специалисту.