– Их сопровождали женщины, – почти прошептала она. – Молчаливые, со скорбно поджатыми губами и опустевшим взглядом. Женщины, потерявшие все, даже надежду. Я до сих пор вижу их лица в кошмарах!

Судорожно вздохнув, девушка закрыла лицо руками.

– Тише! – Берти и сам не понял, как оказался на ногах. Казалось, одну секунду он сидит, а вот уже следующую – стоит у упавшего стула Одри, прижимая ее к себе. Она не стала отталкивать, наоборот, прижалась к нему, дрожа всем телом.

– Это… это было ужасно, – глухо произнесла девушка.

– Одри, вы если не хотите…

Она покачала головой.

– Я должна… самое страшное началось потом, когда вернулся отец. Он примчался к нам, ворвался в замок и потребовал, чтобы мы уехали… Они долго спорили, мама отказывалась. Не желая слушать все это, я сбежала…. нарушила материнский запрет и… – еще один полувздох-полувсхлип вырвался из ее груди. – Я… я дошла до ближайшей деревни…

Она замолчала, прижимаясь лбом к его груди. Альберт медленно опустил голову, тонкие волоски, выбившиеся из прически щекотали кожу.

– Одри, – прошептал он, пытаясь уверить, что все позади, но она покачала головой.

Её не было, – глухо произнесла девушка. – Деревни не было. Только обугленные остовы домов и лежащие вдоль дороги мертвые тела… Мужчины, женщины, дети… я знала их всех…

– Что с ними случилось? – Берти слишком хорошо знал ответ, но понимал, что все равно должен спросить. Должен, потому что эта хрупкая девушка не может больше хранить все в себе.

– Колонны инферно, – Одри выплюнула эти слова со всей ненавистью, на которую была способна. – Наполненные темной магией, они уничтожали все на своем пути.

Капитан кивнул. Как и все, на войне он встречался с отрядами безумцев, в души которых вползла Тьма. Разрушая разум, древняя магия требовала кровавых жертв, превращая тело, в которое заползла в безвольную куклу. Единственный, кто смог избежать губительного воздействия был Джаспер Уорвик и то, потому что его жена оказалась нейтрализатором и смогла перенаправить разрушительную магию на врага.

– Я… я плохо помню, что было потом, – глухо продолжала Одри. – Кажется, я побежала прочь… Наверное, меня нашли и вернули в замок… несколько дней я провела в горячке, а когда набралась сил, мы уехали. Пересекли пролив на утлой яхточке и доехали до Пейнтборо. А потом мы узнали о смерти отца. Мама не пережила этого известия и умерла, а я осталась на попечение тети. Вот и все.

Она все-таки подняла голову и взглянула на капитана. Альберт с трудом подавил в себе желание осыпать лицо девушки поцелуями, губами собрать слезы, катившиеся по ее щекам…

Он вздрогнул, ужасаясь собственным порочным мыслям. Одри доверилась ему, и он обязан был сдержать данное ей слово. Наверное, стоило разжать руки и отойти, но она так цеплялась за него и Берти не мог, не смел выпустить ее из своих объятий.

– Ваша мать знала, где вы были? – спросил он, голос звучал очень напряженно, но девушка не заметила, либо сочла, что он слишком потрясен ее рассказом.

– Нет, никто так и не узнал… Возможно, в бреду, я и говорила что-то, но…

Одри покачала головой.Она не стала рассказывать, что именно тогда впервые ощутила присутствие Тьмы. Еле заметное, словно котенок, пригретый на груди, оно с каждым годом становилось все ощутимее.

“Умная девочка,” – зашелестело в ушах.      Показалось, или воздух вокруг сгустился, превращаясь в серый туман. Точно такой был тогда, в сожженной деревне… Одри замерла, а потом повернулась, пытаясь заслонить Альберта от разрушительной магии. Она сделала это настолько резко, что капитан по инерции шагнул назад, оступился и упал, увлекая за собой девушку.

– Ой!

Перед глазами заплясали искры, зато туман пропал. Сквозь тонкий муслин платья Одри чувствовала тепло напряженного мужского тела. Она пошевелилась, над ухом сразу раздалось сдавленное оханье.

– Берти?

– Если ты немного подвинешься то перестанешь давить локтем мне в живот, – проинформировал ее капитан.

– Прости, – она попыталась последовать совету, послышался еще один ох.

– Просто замри, – Альберт очень мягко высвободился из-под девушки, встал и протянул руку.