– Усомнился? – от негодования Альберт закружил по комнате. Одри заметила, что он припадал на ногу меньше обычного. – Да он просто решил, что я не справился с конем! Я! И еще осмелился рекомендовать мне своего грума!

– Да, это ужасно, – кивнула Одри, старательно пряча улыбку. – Этот человек определенно заслуживает самого страшного наказания. Надеюсь, вы не станете вызывать его на дуэль или на кулачный бой?

Берти замер,а потом резко повернулся к девушке:

– Вы смеетесь?

– Как я могу?

– Нет,вы смеетесь! – он выдохнул и покачал головой. – Должно быть, я выгляжу глупо.

– Скажем так, ваше поведение отняло с десяток лет и скрыло ваш истинный возраст.

– Мне двадцать пять.

– Я так и думала, – глубокомысленно заметила Одри.

– Почему?

– Потому что со Стивеном вы вели себя, как мальчишка, которому не больше пятнадцати. Ну скажите, зачем было устраивать скачку?

– Напомню, что вы тоже в ней участвовали!

– В отличие от вас я – юная девушка, чей разум требует контроля мужчины! А у вас какие оправдания?

– Вы запамятовали: мой конь разнес! – усмехнулся Берти,приходя в свое обычное благодушное состояние.

– Верно, и вам просто необходим грум, который справится с этим животным.

– Или сломает шею, пытаясь усмирить его!

Он смог удержаться,а вот Одри рассмеялась.

– А вы кровожадны, капитан!

– Увы. Я терпеть не могу глупость и ограниченность ума.

– Да, я заметила, – кивнула девушка. – Но все-таки хотела попросить вести себя с мистером Чоллакомбом чуть более вежливо,в конце концов,он не виноват, что его родители были не слишком умны.

Берти подавил смешок и скептически взглянул на Одри.

– Надеюсь, вы про воспитание?

– Отчасти. Видите ли, я слишком часто помогала отцу на конюшне и… – она смутилась. – Я знаю, что не должна говорить это, и вообще это все неприлично… но очень часто потомки рождаются с теми же недостатками, которые были у родителей.

Последнюю фразу она произнесла трагическим шепотом.

– Глупости! – решительно отмел Берти. – А ваш Чоллакомб еще больший болван, чем вы думаете!

– Как вы определили? По лошади?

Разговор становился все более абсурдным.

– По тому, что он общался с вами, как с совершенно обычной скучной глупышкой. Да он даже не заметил, когда вы шутили!

– Ну, – от подобного комплимента Одри зарделась. – Тетя говорила, что у меня отвратительные шутки.

– Думаю, Стивен Чоллакомб ей бы понравился.

– Она была бы от него в восторге! – выпалила девушка и снова рассмеялась. – Нет, вы все-таки ужасный человек!

– Отчего же?

– Потому что теперь я не слишком хорошо думаю о Стивене!

– И правильно делаете! Он не заслуживает вашего внимания. И полно об этом! – он сказал это со всей строгостью на которую был способен.

– Да, капитан Линдгейт, – послушно произнесла Одри она потупилась, а Альберт довольно хмыкнул.

Эта непринужденная атмосфера царила всю дорогу, пока они ехали к Дэшвудам. Одри предлагала отложить визит на завтра, но Альберт был непреклонен, утверждая, что с неприятностями лучше покончить сегодня. Одри заметила, что он слишком заинтересован в этом визите, и решила не возражать.

Дэшвуд мэйнор располагался на холме. Огромный трехэтажный особняк, построенный из тесанного бурого песчаника, неоднократно перестраивался, и сохранил элементы нескольких стилей и эпох.

– Это – самое безумное здание, которое я когда-либо видел, – пробормотал Альберт, когда они, выйдя из экипажа, замерли у ступеней крыльца. Одри с немым изумлением рассматривала дверной проем, над которым возвышались три колонны с вычурным фронтоном, над ними нависали четыре статуи, по всей видимости олицетворяющие времена года. Они поддерживали крышу портика.

Похожие статуи располагались на крыша вдоль всего фасада, и девушка со страхом представила себе, что будет, если хотя бы одна из них сорвется и упадет на землю.

“Тогда кто-нибудь умрет!” – облизнулась Тьма. Одри вдруг показалось, что по крыше заструился серый туман, а одна из статуй действительно пошатнулась.