– Матушка будет рада, – улыбнулся Ричмонд. – У нас слишком мало новостей, тем более таких… привлекательных.

При мысли о том, что юноша считает ее привлекательной, Одри невольно зарделась и опустила взгляд.

– Нам пора, Ричмонд! – непререкаемым тоном произнес лорд Дэшвуд. Его явно не порадовало поведение отпрыска, который расточал комплименты малознакомой невзрачной девице. – Иначе кони застоятся. Я купил сыну прекрасного чистокровку, капитан. Думаю, вам приятно будет посмотреть на него.

– На Ричмонда? – улыбнулся Берти. улыбка не затронула глаз.

– В основном на коня, но и на Ричмонда тоже, он прекрасно держиться в седле.

– С чем я его и поздравляю: не каждый из молодых людей нашего времени может похвастаться этим. Большинство предпочитает фаэтон.

– Ну…

Уловив в голосе капитана иронию, Ричмонд окончательно смутился.

– Мне кажется отец преувеличивает мои таланты. Хотя, конь действительно очень хорош.

Он умоляюще посмотрел на капитана Лидгейта. Тот кивнул:

– Постараюсь непременно убедиться в этом лично, но не сегодня.

– Как пожелаете. Двери нашего дома открыты для вас, капитан. Мисс Линдгейт…

Одри натянуто улыбнулась. Поклонившись, гости вышли.

– До чего же неприятная личность этот сэр Томас! – возмутилась Одри, убедившись, что дверь закрыта и их разговор никто не услышит. – Ему видите ли не нравится, когда девушка читает книги! Бедные его дочери!

– Ричмонд – единственный ребенок, – возразил Альберт, ставя чашку обратно на блюдце.

– Вот как?

– Да, какая-то история со здоровьем леди Дэшвуд… Как люди могут пить эту гадость?

– Вы про что? – Одри опешила от такого резкого перехода.

– Чай, – коротко пояснил капитан.

– Вы не любите чай?

– Совершенно не понимаю его вкуса. Предпочитаю кофе, – он усмехнулся. – Та что можете считать меня ренегатом.

– Позвольте напомнить, что я и сама с Континента, поэтому не могу вас упрекать в вашей любви к этому ароматному напитку, – весело отозвалась Одри.

– Хотите сказать, что разделяете мою пагубную страсть?

– Увы. Тетя, конечно, пыталась мне привить хорошие манеры, в том числе пить чай, но, похоже, безуспешно…

– Почему же? Вы вели себя безупречно, и даже пообещали нанести визит Дэшвудам, – заметил капитан.

– Говорите так, будто это – великое достижение!

– Как по мне, я бы отклонил их приглашение! Особенно после разглагольствований о несовершенстве женского разума.

Глаза девушки лукаво блеснули:

– Мне казалось, сэр Томас хотел задеть меня, а не вас.

Капитан скривился, словно откусил лимон:

– У меня есть сестры. К тому же мама очень любит читать, и вряд ли ее можно назвать глупой или чрезмерно романтичной.

– Все потому что она ведь замужем, и мужчина руководит ее разумом, – рассмеялась Одри. Альберт криво усмехнулся:

– Вы явно не знакомы с герцогиней.

Смех оборвался.

– Г… Герцогиней? – охнула девушка, изумленно смотря на собеседника. – Хотите сказать, вы… Вы – сын герцога?

– Да, что вас так удивляет? Мы все чьи-то дети почему бы мне не родиться в семье герцога?

– Но вы же служите в армии! – ошеломленно произнесла Одри первое, что пришло на ум.

– Такова участь всех младших сыновей, – пояснил Альберт, улыбаясь ее замешательству. – Хотя Макс тоже не остался в стороне в войне с Узурпатором.

– Макс?

– Мой старший брат. Маркиз Максимиллиан дю Вилль. Он – наследник титула. И поскольку он совсем недавно женился, вряд ли я когда-нибудь получу титул.

– А-а-а… —только и протянула Одри. Голова шла кругом.

Конечно, она понимала, что капитан происходит из благородной семьи, но и представить не могла, насколько знатным было это происхождение.

– И зачем вы не рассказали об этом раньше! – вырвалось у нее.

Линдгейт приподнял брови.

– Меня всегда учили,что хвастаться своим происхождением по меньшей мере невежливо, – извиняющимся тоном произнес он.