Украдкой все трое с любопытством рассматривали новую хозяйку, гадая, какая она.
– Добрый день, я рада, что дело продвигается, – девушка моментально оценила чистоту стекол и отсутствие пыли. – Миссис Мэррик, я бы хотела провести ревизию и понять, что необходимо заменить в доме.
– Да, конечно, мисс, – ей пришлось кашлянуть дважды, прежде чем горничные опомнились и вернулись к уборке. Окинув их строгим взглядом, экономка выплыла из комнаты. Одетая в черное саржевое платье с белоснежным передником и таким же белоснежным накрахмаленным чепцом, миссис Мэррик ничуть не напоминала растерянную старуху, которой была ночью. Под ее взглядом Одри снова почувствовала себя приживалкой. Но сразу же развернула плечи, прекрасно понимая, что не стоит демонстрировать прислуге свои страхи и слабости.
– Думаю, начнем с белья, – предложила она, стараясь держаться уверенно. Миссис Мэррик только покачала головой:
– Белье почти все в полном порядке, мисс, как вы успели заметить еще вчера вечером.
– Простите?
– Простыни, которые вам по стелили, там ни дырочки. Ни залома! – экономка горделиво вскинула голову. – Предыдущий хозяин был экономен. А после гибели единственного сына и вовсе закрылся для мира и потихоньку угас. Так что большинство мебели и вещей как новенькие.
– Тогда, возможно, что-то надо сделать в доме? – продолжила допытываться Одри.
– Разве только пополнить запасы, но я уже послала весточку Бейглу, чтобы прислал с полдюжины отбивных, свиной окорок и муку.
– Ясно, – Одри тяжело вздохнула.
– Так что покамест можете отдыхать, мисс, – в голосе экономки послышалось скрытое торжество. Она явно намеревалась дать понять, что не зря получает жалование. – Мистер Мэррик тоже кинул клич, чтобы нанять лакеев и пару конюхов. Думаю, к завтрашнему, штат будет укомплектован.
– Рада это слышать. – Одри натянуто улыбнулась. – Что же, если все так прекрасно…
– О, мисс! – смилостивилась миссис Мэррик.
– Да?
– Что подавать на ужин?
– Ну вы же уже заказали отбивные, – пожав плечами, Одри взбежала по ступеням. Пейдж ждала ее в комнате.
– Мисс Одри, мистер Линдгейт сказал, что экипаж будет готов через час и просил вас зайти к нему, – заученно оттарабанила девчонка. Одри только кивнула. Прекрасно понимая, о чем пойдет речь, она предпочла не откладывать разговор, которого все равно было не избежать. К тому же, если заниматься домом, очки были крайне необходимы. Понимая, что ей в очередной раз придется поступиться гордостью, девушка вышла из комнаты.
На втором этаже были только спальни, и вряд ли капитан стал бы проводить там время и уж тем более приглашать туда кого-либо, поэтому она безошибочно направилась к лестнице.
Деревянные половицы угрожающе скрипели под ногами, дом словно ворчал, недовольный вторжением, но пакостить не стал. Во всяком случае, до лестничной площадки девушка дошла совершенно спокойно.
Солнечные лучи, проникающие сквозь витражи нагрели перила, и дерево под ладонью отдавало приятным теплом. Одри задумчиво провела по полированной поверхности. Показалось, или перилла вздрогнули и немного выгнулись, точно кошка, изголодавшаяся по ласке. Девушка вспомнила рассказ капитана о бывшем хозяине дома. Наверняка, убитый горем отец не обращал внимания на особняк.
– Бедный, – прошептала девушка, – про тебя все позабыли…
Где-то наверху жалобно скрипнул ставень. Одри улыбнулась, внезапно почувствовав, что их с домом связывает много общего оба оставшиеся в одиночестве, после гибели близких, отданные в руки судьбы… Две измученные души… В этом было что-то поэтично-трагичное, и Одри даже шмыгнула носом.
Предаваться грустным думам ей не дали. Стук дверного молотка заставил взять себя в руки. Одри моргнула, стряхивая навернувшиеся на глаза слезы. Стук повторился. Не желая заставлять соседей, в том, что это были соседи, решившие нанести визит вежливости, она не сомневалась, девушка легко сбежала по ступеням. Дверь, как только особняк понял ее намерение открылась сама.
– Добрый день! – высокий мужчина в черном перешагнул порог. – Милочка, доложи о нас своему хозяину!
Он посторонился, пропуская своего спутника, и протянул Одри визитную карточку.
– Добрый день! – девушка приветливо улыбнулась, но осталась стоять на месте. Наверное, незнакомец выразил удивление,