Каюта Каэра была просторной, но спартанской. Минимум личных вещей. Никаких излишеств или украшений. Металл, стекло и огромный панорамный иллюминатор во всю внешнюю стену, за которым в абсолютной, вечной тишине проплывали холодные, равнодушные звезды. Каэр стоял у своего гладкого рабочего стола. На нем был полный парадный мундир. Идеально-черная матовая ткань, серебряные канты, сверкающие знаки отличия, безупречная, жесткая выправка. Он выглядел как ожившее божество войны из старых легенд, холодный, совершенный, недосягаемый и абсолютно чужой. От того измученного, обросшего щетиной, нежного и отчаянного мужчины из пещеры Вереска не осталось ни единого следа. Передо мной стоял Главнокомандующий.

— Вызывали, сэр? — мой голос прозвучал так же ровно и безжизненно, как гул корабельной вентиляции. Я вытянулась по уставной стойке «смирно», глядя прямо перед собой, сквозь него.

Каэр медленно повернулся. В его светлых, серебристых глазах с вертикальными зрачками не было ни капли эмоций. Ни сожаления. Ни теплоты. Только непроницаемый, арктический лед.

— Проходите, Ветрова, — он взял со стола тонкий информационный кристалл с красной маркировкой приказа и сделал два размеренных шага ко мне. — Я очень внимательно изучил ваш финальный отчет по Вереску. И проанализировал ваши последние рабочие показатели за эту неделю.

Я внутренне напряглась, ожидая подвоха, выговора, чего угодно.

— Надеюсь, мои показатели соответствуют стандартам флота, адмирал? — холодно осведомилась я.

— Они их значительно превосходят, — сухо, как констатируют факт работы машины, ответил он. — Ваши действия в кризисной ситуации на планете, ваша нестандартная аналитика и беспрецедентная способность принимать верные тактические решения под давлением доказали мне одну вещь. Квалификация «младший аналитик» больше не отражает ваших реальных способностей. Командование сектора Содружества ознакомилось с моими личными рекомендациями.

Он протянул мне кристалл. Я взяла его онемевшими, деревянными пальцами. Кристалл тихо мигнул в моей ладони, проецируя в воздухе над моей рукой светящийся голографический текст официального приказа. Я начала читать. Строчки уставного текста прыгали перед глазами, сливаясь в бессмысленную, светящуюся кашу, пока мой мозг не выхватил суть, выделенную жирным шрифтом.

«...перевод с немедленным повышением в звании... на должность старшего аналитика исследовательского сектора... тяжелый крейсер «Вайнерис»... под командованием адмирала Сейна... отбытие утверждено...»

Воздух в просторной каюте внезапно стал густым, тяжелым и вязким, как жидкий бетон. Я перестала дышать.

Перевод. Он переводит меня на другой корабль. В другую флотилию. К своему лучшему другу.

Я медленно подняла на него глаза. Мир вокруг меня слегка, тошнотворно пошатнулся, звезды за иллюминатором расплылись.

— Вы... Вы переводите меня? — мой голос дрогнул, предательски сорвавшись, ломая всю мою с таким трудом выстроенную идеальную броню.

— Это повышение, Аметист, — голос Каэра оставался мертвенно-спокойным, отстраненным. Он стоял всего в двух метрах от меня, заложив руки за спину в своей излюбленной, властной позе. — «Вайнерис» — это отличный исследовательский флагман нового поколения. Адмирал Сейн мой давний, проверенный товарищ, он высоко оценит ваши неординарные таланты. Вы станете главой целого сектора. У вас будет своя команда. Вы заслужили это своей самоотверженной работой. Ваш транспортный шаттл отбывает завтра утром. Коды доступа уже загружены в ваш профиль.

Его ровные, правильные слова падали, как тяжелые, острые камни, пробивая во мне огромные, кровоточащие бреши.

Так вот оно что. Вот его гениальное, блестящее, истинно адмиральское решение проблемы. Устранить причину дискомфорта. Вычистить корабль от системной ошибки. Навсегда избавиться от глупой, наивной женщины, с которой он позволил себе лишнего на грязной, забытой богом планете. И сделать это благородно, с повышением в должности, с безупречными рекомендациями, чтобы ни одна душа во флоте не смела придраться, а я не смела бы жаловаться!

Ярость — горячая, слепящая, спасительная, багровая ярость взорвалась где-то в солнечном сплетении, мгновенно выжигая весь холод и оцепенение.

— Как благородно, — прошипела я. Мои пальцы разжались. Я швырнула инфо-кристалл с приказом на его идеально чистый стол с такой отчаянной силой, что он чудом не разлетелся на куски, с грохотом отскочив от полированной поверхности. — Как оперативно, профессионально и изящно вы всё обставили, адмирал Тар-Эн!

— Ветрова, держите себя в руках, — его брови грозно сошлись на переносице, вертикальные зрачки сузились в тонкие щели. Тон стал угрожающим. — Вы забываетесь.

— Держать себя в руках?! — я шагнула прямо к нему, окончательно забыв об уставе, о трибунале, о страхе перед его властью, обо всем на свете. Злые, горькие слезы жгли глаза, но я не позволяла им пролиться. — Вы что, хотите, чтобы я вытянулась во фрунт и сказала вам покорное спасибо?! За то, что вы просто, как трус, избавляетесь от меня, как от сломанного, сбоящего оборудования?!

— Это ваш карьерный рост. Вы должны понимать...