— Одной мне не справиться, — процедила Эра уже спокойнее, но с явным раздражением. — Девчонка отбивается и как коршун следит за Мираэлой. А если не она, то Кейган. И вообще теперь все эти лишние люди в особняке мешают. И зачем он затеял эту свадьбу! Меня это раздражает!

— Надо вызвать еще одну ведьму. Сабину. Втроем нам будет гораздо легче заманить эту волшебную тварь в ловушку.

Эра задумчиво поджала губы, обдумывая предложение, а затем коротко, хищно кивнула.

— Согласна. Вызови её. Я возьму Сабину еще одной личной служанкой. Скажу Кейгану, что мне нужно больше прислуги для подготовки к свадьбе. Он не откажет.

Изольда согласно кивнула, поправляя растрепавшиеся волосы.

— Ты должна сделать всё что угодно, чтобы Блэквут не понял, что эта фейри — его пара, — жестко, с нажимом проговорила ведьма, подтверждая мои самые страшные догадки. — Уводи его от нее. Отвлекай. Не давай им оставаться наедине. А ночью... ночью мы будем пробовать достать кровь.

Они развернулись и, бесшумно ступая по траве, направились в сторону освещенных окон особняка.

А я так и осталась стоять, вжавшись в дерево, пока мои ноги окончательно не перестали меня держать. Я медленно сползла вниз, оседая на влажную землю, обхватив голову руками.

Я — истинная пара Кейгана. И этой ночью они придут за мной снова. А если не сегодня то, уже завтра они будут втроем, чтобы взять мою кровь.

Может быть, стоило признаться лорду во всем?

Глава 28

Я всю ночь промучилась от липкого, парализующего страха. Я сидела на кровати, обняв колени, и до рези в глазах вглядывалась в темноту спальни.

Я ждала ведьм, ведь они обещали прийти по мою кровь.

Каждый шорох за окном казался мне хлопаньем вороньих крыльев. Но ночь прошла. Они не пришли.

Встречая рассвет, я с ужасом представляла, что так теперь будет каждый день. Каждую ночь я буду ждать их. И… именно в это утро я приняла самое страшное решение в своей жизни.

Я должна сказать Кейгану правду.

Да, для меня это было равносильно самоубийству. Да, одно мое неосторожное слово — и глава Тайной канцелярии бросит меня в подвалы.

Но я просто не могла больше рисковать жизнью маленькой Мими. Ведьмы всё еще хотели принести кроху в жертву, чтобы через её кровь уничтожить лорда Блэквута!

Я не могла позволить им убить ни эту ни в чем не повинную девочку, ни… самого лорда. Я просто не имела права молчать.

Что будет со мной потом, я старалась не представлять. Я лишь надеялась, что когда я всё ему выложу, лорд даст мне хотя бы несколько минут. Время для того, чтобы я раскрыла себя и доказала, что я вовсе не глава проклятых ведьм.

Что я сама была их пленницей. Что они каким-то изощренным, черным колдовством поняли, что я — его истинная пара, и теперь пытаются украсть, перенести эту связь на Эру.

Я так много, так отчаянно хотела ему все рассказать!

Но… ни сегодня, ни завтра, ни в последующие дни мне так и не удалось улучить для этого подходящего случая.

А тем временем в особняке появилась Сабина. Третья ведьма. Под видом еще одной скромной, преданной служанки Эры.

Ведьмы прекрасно знали, что я их узнала. Но при всех — перед слугами, работниками и самим лордом — они виртуозно играли свои роли, делая вид, что видят меня впервые в жизни.

И только издали они прожигали меня своими ядовитыми, зелеными взглядами, кривили губы в змеиных усмешках и перешептывались.

Эра действовала безошибочно. Она занимала каждую секунду времени лорда, намеренно не давая ему быть рядом со мной и восстановить нашу связь.

Она увозила его из поместья по своим бесконечным, мелким прихотям: то выбирать ткани, то смотреть украшения, то просто развеяться от «тяжелых воспоминаний».

А когда они всё же возвращались в особняк, Эра всегда старалась его отвлечь, чтобы он находился как можно дальше от детской и от меня.

Поговорить с ним наедине было абсолютно невозможно. Рядом с нами теперь всегда крутился кто-то из многочисленного персонала: то новые служанки, то садовники, которые облагораживали заросший парк, то портные. Этот шумный, суетливый людской поток стал для меня неожиданным щитом — ведьмы тоже сторонились этих вездесущих помощников.

К тому же, Изольда и Сабина боялись попадаться на глаза Мими.

Малышка могла их узнать, вспомнить подземелье и устроить такую дикую истерику, на которую немедленно сбежался бы весь дом во главе с разъяренным отцом.

Поэтому я лишь изредка замечала, как кто-то из ведьм злобно наблюдает за нами с Мираэлой из окон особняка или из-за угла дома. Но подойти близко они не смели.

А Кейган… Кейган отдалился.

Он словно закрылся глухой, непроницаемой стеной. При редких встречах он лишь сухо, сдержанно здоровался со мной и желал спокойной ночи. Больше мы ни о чем не говорили. Словно та тонкая, искрящаяся нить, которая едва начала зарождаться между нами, была безжалостно оборвана.

Его глаза снова стали холодным, черным мрамором. И от этого мое сердце разрывалось на части.

Особенно тяжело было понимать, что он мой истинный, но ничего не чувствует.