Жизнь уходила из неё на моих глазах. Две тонкие струйки почти черной крови текли по её бледному подбородку. Но сквозь эту агонию, сквозь застилающую глаза пелену смерти, Кристина смотрела прямо на меня. И в её огромных глазах больше не было страха. Ни капли.

Собрав последние, призрачные крохи своих сил, она приподняла дрожащую руку. Её тонкие, перепачканные в крови пальцы слабо, но упрямо вцепились в плотную ткань моего камзола на груди, прямо там, где бешено колотилось мое сердце.

— Кей… — из её горла вырвался влажный, прерывистый хрип.

Она на секунду зажмурилась, с трудом проталкивая воздух в горящие легкие, а затем снова посмотрела на меня с такой пронзительной, ослепительной верой, что у меня перехватило дыхание.

— Спаси… Я… согласна, — прошептала она одними губами. — Тьма… пусти её.

Её пальцы бессильно разжались и соскользнули бы вниз, но я молниеносно перехватил её ладонь, прижимая к своим губам.

В ту же секунду все мои сомнения, все терзания сгорели дотла.

Хриплое согласие, сорвавшееся с её губ, стало для меня абсолютным приказом.

Я больше не сомневался. На моем лице не осталось ни растерянности, ни страха — только холодная, стальная решимость мужчины, который собирается вырвать свою женщину из пасти самой Смерти.

Маленькая Мираэла, почувствовав мою непоколебимую уверенность, перестала плакать и лишь тихонько всхлипнула, уткнувшись мокрым личиком в грудь Кристины. Миру забрала, подошедшая Кира.

Я легко и бережно подхватил слабеющее тело Кристины на руки.

Глава 34

Кристина

Я едва дышала, пока Кейган стремительно нес меня на руках через темнеющий парк по направлению к особняку.

Меня мутило, легкие горели так, словно в них плеснули расплавленным свинцом, а изо рта непрерывно толчками выходила горячая, солоноватая кровь.

Каждое мгновение давалось с нечеловеческим трудом, сознание удерживалось на самой грани, цепляясь лишь за одно-единственное, бешено пульсирующее в голове желание.

Я хочу жить.

Боги, как же сильно, до исступления, до крика я хотела жить!

Неужели всё это было зря? Подземелье ведьм, три года кандалов, жуткие шрамы на моем лице, побег, вечный страх…

Неужели судьба привела меня в этот дом, подарила мне любовь маленькой Мими, открыла глаза на то, что этот пугающий, невероятный дракон — мой истинный, только ради того, чтобы я умерла у него на руках?

Нет! Только не так!

Я отказывалась сдаваться. Я впивалась мысленными когтями в ускользающую реальность, заставляя свое измученное сердце биться вопреки яду, выжигающему мои вены.

Мы оказались в поместье. Сквозь полузакрытые ресницы я пыталась сориентироваться. Я ждала, что Кейган понесет меня вверх по парадной лестнице на второй этаж, в свои покои, но траектория его движения была иной.

Вместо привычного тепла жилых комнат меня вдруг обдало прохладой. Он шел быстро, чеканя каждый шаг, и спускался глубоко вниз, в подвальные ярусы особняка.

Вокруг становилось всё холоднее. Стены здесь были выложены из грубого, древнего камня.

Редкие, неяркие источники света — тусклые магические кристаллы в кованых настенных бра — едва разгоняли сгустившийся полумрак.

С каждым пролетом, с каждой ступенью температура стремительно падала, но мне не было холодно по-настоящему, потому что меня согревал жар мужского тела.

Кейган прижимал меня к себе. Его сердце бешено стучало.

— Все хорошо, все хорошо, потерпи, моя девочка… — непрерывно, как заклинание, шептал он мне в ухо. Его обычно суровый, ледяной голос сейчас дрожал от едва сдерживаемой паники. — Все будет хорошо, слышишь меня, Кристина? Смерть не посмеет забрать тебя у меня.

Я не могла ответить. Из моих губ вырвался лишь слабый, булькающий хрип, а новая порция крови закапала на его черный камзол.

Мы миновали массивную кованую дверь, испещренную защитными рунами, и оказались в огромной подземной пещере. Здесь царил полумрак. Но, вопреки ожиданиям, страха не было. Весь тот липкий, парализующий ужас, который преследовал меня в подземельях ведьм, исчез.

Одно присутствие Кейгана, его надежные руки действовали на меня как самое сильное успокоительное. Если он здесь, если он держит меня — мне ничего не грозит.

Посреди пещеры высился старинный колодец из щербатого, потрескавшегося от времени серого камня. От него веяло такой колоссальной, первородной Тьмой, что воздух вокруг него казался осязаемым, плотным.

Настоящее сердце силы рода Блэквут. Родовой Источник.

Кейган бережно, с осторожностью опустил меня на широкое возвышение рядом. Это была кровать, полностью сотканная из его живых, клубящихся теней.

Стоило моему измученному телу коснуться её поверхности, как тени ласково приняли меня, укутывая в прохладное, невесомое одеяло. Кровать из теней подстраивалась под каждый изгиб и слегка притупляя ту адскую боль, что разрывала мои внутренности.