— Что мне твой Холм, когда на кону стоит моя жизнь?! — выплюнула сестра, в ярости сжимая тонкие пальцы так, что ногти впились в ладони. — Кейган не слепой дурак! Да, сейчас он ослеплен моим возвращением, он сбит с толку моим рассказом о плене, но это не продлится вечно! Когда он окончательно придет в себя, когда его магия восстановится после проклятья… он поймет, что я не его истинная! И тогда он начнет задавать неудобные вопросы!

Мир вокруг меня в одночасье перестал существовать.

Звуки вечернего парка, шелест листьев, мое собственное прерывистое дыхание — всё это потонуло в оглушительном, звенящем вакууме.

«Не его истинная...»

Эти три слова разорвались в моем мозгу ослепительной вспышкой молнии, выжигая всё на своем пути.

Эра — не истинная пара Кейгана Блэквута!

— Мне нужно добыть её кровь на ритуал переноса истинности! Вот что сейчас по-настоящему важно! — продолжала исступленно шипеть Эра, не замечая, что каждое её слово переворачивает мой мир с ног на голову. — Мне нужно забрать её связь с ним, перекроить эту магию на себя до того, как мы встанем у алтаря! Иначе этот брак обернется для меня смертным приговором!

Ритуал переноса истинности… Боги, какая же это черная, запредельно мерзкая магия! Ведьмы хотели выкачать из меня мою кровь…

Но… если Эра не его пара, если связь принадлежит моей крови, значит…

Значит, истинная Кейгана — это я?!

Эта мысль ударила меня под дых с такой сокрушительной силой, что я едва не осела на сырую землю. Мои колени задрожали, а горло сдавило спазмом. Я ухватилась за ствол дерева, чтобы не упасть.

Я — истинная Повелителя Теней. Государственная преступница, беглая полукровка-фейри, изуродованная и сломанная… я — пара самого могущественного, самого пугающего и прекрасного мужчины в Империи!

Разрозненные, хаотичные куски головоломки, которые до этого не давали мне покоя, вдруг начали стремительно, со щелчком вставать на свои места.

Его запах! Тот самый одуряющий, сводящий с ума аромат терпкого кардамона и жгучего перца, от которого у меня мутилось сознание и сладко, болезненно тянуло внизу живота.

Запах, который дурманил меня, который разгонял мое сердце, когда он оказывался рядом.

И его реакция на меня!

То, как он замирал, хищно втягивая носом воздух, когда я проходила мимо. Он чувствовал мой запах, запах своей пары!

А тени… А тени Блэквута не трогала меня! Они ластились ко мне прохладным шелком, укутывала мои ноги, защищали от ведьм в парке. Его магия признала меня! И я… я начала различать тончайшие, скрытые оттенки этой тьмы в его черных глазах — теплоту, гнев, отстранённость.

Это была наша связь!

Но почему тогда Кейган сам ничего не понял? Почему он не почувствовал этого всепоглощающего притяжения, которое должно было ударить по нему молнией?

Ответ пришел так же быстро, всплыв из недавних воспоминаний. Слова Риэль, сказанные у кареты: «Проклятие было слишком мощным, сильным и глубоко въелось в ауру. Поэтому какое-то время его чувствительность точно будет нарушена...»

Ведьмы прокляли его! Они чуть не убили Кейгана черной болотной гнилью, и последствия этой дряни, яд, всё еще гуляющий в его венах, временно заблокировали его драконьи инстинкты.

Проклятие сделало его «глухим» к зову истинности!

И Эра, эта расчетливая, бессердечная дрянь, прекрасно об этом знала и теперь спешила провести свой кровавый ритуал до того, как Кейган исцелится окончательно.

И ей нужна была моя кровь.

Мои размышления были грубо прерваны резким, угрожающим шепотом Изольды. Ведьма хищно придвинулась к Эре, её зеленые глаза полыхнули жуткой, фосфоресцирующей злобой.

— Ты хочешь сказать, что защита нашего Ковена — это ничто?! — прошипела Изольда, обнажая зубы.

Эра не отступила ни на шаг. Она высокомерно вскинула подбородок и оскалилась в ответ с не меньшей яростью.

— Жизнь нашего Ковена тоже напрямую зависит от того, как долго я смогу водить за нос главу Тайной канцелярии! — хлестко парировала сестра. — Если он поймет, что я пустышка, если он вскроет мой обман, он убьет всех нас! Так что прекрати истерику, Изольда. И мне и Ковену нужна кровь Кристины!

Две ведьмы замолчали, тяжело дыша и просверливая друг друга полными взаимной ненависти взглядами.

Я смотрела на них из своего укрытия, и меня накрыла волна жуткого, парадоксального осознания.

Эти ведьмы - страшные существа. Их сила в том, что они умеют оборачиваться в ворон, варить смертоносные зелья, накладывать жуткие проклятия на высших лордов... Но по своей сути они оставались просто вздорными, склочными, эгоистичными женщинами. Они шипели друг на друга из-за власти и страха, готовые в любой момент вцепиться друг другу в глотки, если это поможет им выжить. Никакого благородства темных сил. Только грязь, страх и животный эгоизм.

Изольда наконец отступила на полшага, брезгливо передернув плечами.