За окном давно стемнело, когда входная дверь грохнула так, что едва не слетела с петель. Я зажала гвоздь в кулаке, радуясь тому, что в темноте Шеридан не увидит царапин на оковах.

— Где они?! — Тайгер ввалился, как раненый зверь, полный злобы и первобытной ярости. Он подлетел ко мне, хватая за воротник охотничьей куртки и вздергивая на ноги. — Говори, тварь, куда они направились?

— Кто, Шеридан? — я усмехнулась, глядя на перекошенное лицо «жениха». В свете факела из коридора, оно смотрелось уродливой маской. — Крысы, бегущие с твоего тонущего корабля?

Он влепил мне пощечину. Голова мотнулась, а во рту мгновенно разлился знакомый привкус железа.

— Твоя братья, Валесса! — прошипел он, швыряя меня обратно на кушетку. — Вельсар… Как этот недоносок сумел обернуться под волчьим сонником? Гаденыш перегрыз глотки моим лучшим воинам и утащил мальчишку в лес.

Я просияла, услышав лучшую за сегодня новость. Кровь ирбиса оказалась сильнее тигриной отравы. Облегчение от того, что братья на свободе, мгновенно вытеснило боль в разбитых губах. Если они сбежали, значит, непременно вернутся к отцу. Или найдут Кайена, зная, что он поможет.

— Видимо, твои «лучшие воины» стоят не больше, чем твои клятвы, — усмехнулась презрительно. — Или ты думал, что Тайгеры единственные, кто способен охотиться в сумерках? Ты недооценил их, считая слабее себя.

— Думаешь, это что-то меняет? — взбесился Шеридан и навалился сверху, стискивая пальцы на моей шее. — Считаешь, их побег спасет твоего отца? Старый ирбис не выдержал пропажи наследницы и сыновей. Ирхан упал без чувств прямо на поляне, на глазах у всех. Твой клан сейчас — стадо перепуганных овец, которых можно перерезать прямо в загонах. Если ты вместе со мной не выйдешь на рассвете к Совету, Снойверы перестанут существовать! Я лично позабочусь, чтобы ваши земли поделили между тиграми, гиенами и львами. Ты признаешь наш брак, иначе я прикажу подать тебе на обед голову старого ирбиса на блюде.

У меня сердце пропустило удар, когда услышала об отце. Я знала, что он еще не оправился после яда и предательства Альвины, но не думала, что наша пропажа так сильно его подкосит.

— Врешь! — я не позволила страху отразиться на лице. — Клан снежных ирбисов — это не только мой отец. А ты — жалкий трус, пытающийся выторговать власть чужой кровью.

Шеридан замахнулся, чтобы влепить очередную пощечину, когда снаружи раздались приглушенные крики. Тайгер замер, прислушиваясь к тому, что там происходило.

— Хозяин! — донесся из коридора встревоженный голос. — Гвардия Редрагенов приближается.

Тигр с раздражением зарычал и ударил кулаком по лежанке. Грубо отшвырнул меня к стенке и поднялся, поправляя перевязь.

— Пусть приходят, — процедил он, направляясь к выходу. — Значит, на Совет отправимся чуть позже. Сначала я покончу с проклятым принцем, раз и навсегда.

На пороге Шеридан обернулся, доставая из-за пазухи артефакт, испещренный древними символами. В костяной сердцевине поблескивал багряным огнем магический кристалл. Грязный свет в нем пульсировал, создавая впечатление, будто камень дышит.

— Знаешь, что это, Валесса? — усмехнувшись, поинтересовался тигр. — В этом камне заключена душа чудовища из рода Редрагенов. Его помутившееся сознание заточили в камень пять столетий назад. Мои предки долго ждали своего часа, чтобы использовать его против драконов. Этот монстр превратит Кайена в кровавое месиво. Император сам отдаст мне корону, когда лишится наследника.

— Безумец! — прошептала я, ощущая, как внутри все леденеет. — Этот артефакт погубит всех нас.

— Не погубит, пока я владею кристаллом души, — усмехнулся Тайгер. — Готовься к свадьбе. Очень скоро я уничтожу твоего дракона и встану во главе империи.

Дверь за Шериданом захлопнулась, и меня снова окружила тьма. Я приподнялась, опираясь спиной об стену. С трудом разжала занемевшую ладонь, с которой скатился ржавый гвоздь. Он проколол кожу до кости, а я этого даже не заметила.

Земля под комнатой загудела, заставляя вибрировать камни кладки. Древнее чудовище уже пробуждалось ото сна и выбиралось на поверхность.

— Я должна предупредить Кайена! — прошептала вслух. — Даже если мне придется отгрызть себе лапу.

Смочив кончик гвоздя в крови, я с остервенением продолжила ковырять замок на оковах. В этот момент я всем сердцем желала, чтобы мой измученный ирбис нашел хотя бы одну лазейку. Если Шеридан выпустит чудовище, спасать будет некого.

Пол ногами заходил ходуном, а затем раздался чудовищный рык. Стены затряслись, с потолка посыпались пыль и каменная крошка. В ушах зазвенело от нарастающего невыносимого звука.

Ирбис внутри меня забился в агонии, реагируя на нечто страшное и оскверненное, от чего сама природа Териана застыла в ужасе. Снова загрохотал засов, и дверь распахнулась, ударившись об стену.

От Шеридана и артефакта в его руках веяло жутью. В бешеных глазах тигра плескалась маслянистая тьма.