— Объяснитесь! — Ирхан поставил на стол флакон со следами бурой жидкости. — Что делала использованная приманка для диких зверей у вашей служанки Мирры? Если не ошибаюсь, именно этим составом был облит кабан, едва не разорвавший Валессу.

Эльмира открыла рот, чтобы возразить, но с ее губ сорвался лишь жалкий всхлип. Ильбера закрыла лицо руками, содрогаясь от беззвучным рыданий.

— Папа, это какое-то недоразумение! — наконец, выдавила из себя Эльмира. — Валессе наверняка привиделось. Она намеренно нас подставила, потому что всегда завидовала.

— Чему завидовала? — вскипела я, не выдержав наглой лжи. — Вашей подлости? Или тому, как трусливо ты толкала меня в расщелину, пока Ильбера топтала мои вещи? Или тому, что сейчас вы трусливо дрожите, опасаясь за собственную шкуру? Вы воняете страхом! Не представляете, как противно осознавать, что в наших жилах течет одна кровь.

— Не отпирайся, Эльмира, — глухо произнес отец. — Стражи дали показания. По вашему приказу они ставили ловушки на Валессу. Они видели, как вы следили за сестрой, пытаясь ее уничтожить. Этому нет оправдания! — взревел он. — Вы предали род Снойверов! Подняли руку на наследницу. Хотели уничтожить родную сестру!

— Мы не хотели! — взвыла Ильбера, падая на колени. — Мама сказала… Она говорила, что так будет лучше. Что Валесса позорит клан!

— Закрой рот, идиотка! — выкрикнула Альвина, врываясь в кабинет.

Но путь ей неожиданно преградил Вельсар, выставив перед ней меч. Брат посмотрел на мать с таким презрением, что она отшатнулась. В его глазах плескалась неприкрытая ярость.

— Значит, это правда, — с болью в голосе произнес он. — Вы наводнили дом предателями. Вы устроили травлю в нашем доме!

— Вельсар, сынок, послушай…

— Я не желаю слушать ложь, — рявкнул он. — Отец, они позорят наш род. Если правда вскроется, ни один порядочный клан не подаст нам руки. Нас исключат из Совета.

Альдар, обычно тихий и незаметный, вдруг ударил кулаком по стене, с ужасом глядя на сестер.

— Вы пытались убить Валессу! — он сорвался на крик. — Мою сестру!

— Отец, выдай их замуж! — процедил Вельсар. — Выбери самых суровых мужей и отправь в отдаленные поместья. Пусть живут в глуши, рожают детей и замаливают грехи. Им нет больше места в Снойвеле!

Эльмира и Ильбера завыли в голос, но слезы гиен не тронули ни одно сердце в этой комнате. Я считала наказание слишком мягким. Но Вельсар был прав — нельзя выносить сор из дома.

— Будь уверен, сын, я подберу им мужей, — Ирхан поморщился, глядя на зареванных дочерей. — До конца брачного гона они будут сидеть под замком в своей комнате и сразу оттуда пойдут под венец.

— Ну, папа! — вскрикнула Эльмира, подползая к нему на коленях и хватаясь за ногу.

— Вон! — взревел отец, отшвырнув ее на пол. — Тебя это тоже касается! — грозно посмотрел на Альвину.

С уходом гиен в кабинете воцарилась тягостная тишина. Не только в нашем доме выдалось неспокойное утро. Жилая территория заповедного леса тоже превратилась в арену действий. Императорский гвардейцы рассредоточились по всему лагерю. После попытки мятежа никому не разрешалось покидать территорию павильонов, закрепленных за кланами.

— Как думаешь, император прервет брачный гон? Некоторые семьи недосчитались наследников после испытания у Священной горы. Что, если кто-то из кланов сговорился с морфами?

— Мы не можем этого знать наверняка, — отец подошел ко мне и тоже посмотрел на далекие пики заснеженных гор, к которым я прикипела взглядом. Из окна открывался превосходный вид. — Кайен Редраген придет за тобой, Валесса, — произнес, тяжело вздыхая. — Теперь, когда принц знает правду о твоем звере, он не остановится.

— Пусть приходит, — я перевела взгляд на собственные ладони, горячие от бурлящей внутри силы. — Ирбисы не боятся драконов. Мы умеем выждать нужный момент, чтобы нанести один точный удар.

После полудня над Заповедником сгустились свинцовые тучи. Напряжение так и витало в воздухе, предвещая сильную грозу. И не только небеса грозили обрушиться водными хлябями, в зале Советов запросто могла начаться резня.

Мы шли на собрание с тревожным предчувствием. Братья чеканили шаг, защищая спину, а рядом плавной походкой матерого хищника шествовал отец. Я кожей ощущала вожделенный взгляды глав других кланов и их наследников. Грейшерские рудники и магия огненного барса превратили меня в самую желанную добычу в империи.

Стоило нам занять места на трибунах, закрепленных за нашим кланом, как гул голосов в зале стих. Император Рактар невозмутимо взирал на подданных с высоты трона, но его величие было ослаблено вчерашним поражением. Хищники чувствовали слабину и готовы были разорвать вожака на части.