Шеридан привык, что женщины в клане — тихие тени своих мужей, с обожанием заглядывающие им в рот. Я же собиралась стать его кошмаром, который уничтожит все, что ему дорого.

— Мы еще не закончили, Валесса, — обронил Тайгер мне в спину.

— Не вижу смысла обсуждать твою сомнительную привлекательность и жадность к чужому имуществу, — бросила не оборачиваясь.

— Что ж, в таком случае, мне тоже пора, — Шеридан поспешил вслед за мной. — Вер Ирхан, не прощаюсь. Увидимся на совете кланов. И лучше бы вам к этому времени определиться с ответом.

Может, Тайгер и рассчитывал поговорить со мной наедине, но мне его общества совершенно не хотелось. Я ускорила шаг, чтобы побыстрее оказаться в комнате, и заперла двери на засов.

Во всем этом фарсе меня зацепили две вещи: осведомленность Шеридана о слабеющем звере отца и его уверенность в гибели принца.

Почему Кайен до сих пор не вернулся? Когда я уходила, он был относительно здоров. Его магия до сих пор пульсировала в венах, связывая нас невидимой нитью. Может, он столкнулся с новым противником уже после того, как я ушла? Как бы там ни было, а его отсутствие меня тревожило.

В зал Советов, где собрались все главы кланов и их наследники, мы прибыли на закате. Величественные белые колонны опоясывали огромную овальную арену, соединяясь между собой широкими каменными ступенями. На них вполне можно было разместиться целыми семьями. Кто-то располагался прямо на камнях, другие предпочитали ковры или подушки. Третьи расставляли переносную мебель и свысока поглядывали на тех, что сидел ниже.

Грозди магических кристаллов освещали каждую колонну, а по центру был сложен огромный костер. Император расположился на специальном помосте, тем самым давая понять, что находится на ступень выше каждого из нас.

Мы прибыли вовремя и заняли отведенное клану место — по правую руку от Редрагенов. Я чувствовала на себе сотни взглядов — презрительных, липких, алчных, но они не вызывали во мне прежнего трепета. Куда больше беспокоило пустующее место рядом с императором.

Рактар Редраген выглядел бледным и осунувшимся — тенью того могущественного дракона, который появился на открытии празднике в честь начала брачного гона.

— Где твой сын, Рактар? — громко спросил Шеридан, голос которого эхом разлетелся по внутреннему пространству зала.

Дракон вскинул голову, глядя на Тайгера, выпрямившегося во весь рост и требующего ответа. Вместе с Шериданом поднялись главы Блекторнов, Лайнхидов и Фокстейлов. Они переглядывались, обменивались приветствиями и жестами поддержки.

— Кайен вернется, когда сочтет нужным, — уклончиво ответил император.

— Мертвецы не возвращаются с того света, — уверенно заявил Тайгер. — Заповедник не пощадил твоего наследника, Рактар. Значит, род Редрагенов скоро прервется. Ты слаб и не способен управлять империей. Закон Териана гласит, что во главе должен стоять сильнейший. В связи с этим, ты должен добровольно передать власть Совету, который выберет нового правителя. В противном случае, мы возьмем власть сами, не считаясь с потерями.

Зал взорвался многоголосым ропотом, кланы открыто разделились на три лагеря. Основная часть еще не определилась, предпочитая дождаться исхода собрания и примкнуть к сильнейшему, но основные союзники императора и клана тигров обозначились сразу.

Мой отец поднялся, намереваясь сказать свое слово. Он поднял руку, призывая присутствующих к тишине.

— Тайгеры всегда были вторыми, — заявил Ирхан, глядя на тигра тяжелым взглядом. — Но измена не сделает тебя первым, Шеридан. Клан Снойвер останется верен императору и его законному наследнику. Мы не переметнемся на сторону шакалов, решивших напасть на дом льва в отсутствии его хозяина.

— Старый дурак! — процедил Шеридан, спрыгивая на арену и направляясь к нам. — Ты защищаешь тень, когда перед тобой живая сила. Ты уже нарушил договоренности, отказавшись выдать за меня Валессу. Но я заберу ее сам, как и все, что принадлежит угасающему роду! Ты слишком слаб, чтобы защитить себя, не говоря уже об императоре.

— Ты не получишь ни пяди нашей земли, ни единого камня из рудников! — выкрикнул отец, стискивая кулаки так сильно, что побелели костяшки. — Ни тем более мою дочь!

— Тогда я вызываю тебя на поединок! — дерзко бросил Шеридан. — Победителю достанутся земли клана, рудники и Валесса. Если откажешься, признаешь себя трусом, а снежные ирбисы будут опозорены навеки. Решай, Ирхан Снойвер, умрешь ты как воин или подохнешь трусом, уничтожив свой род?

— А что получит клан Снойвер в случае победы? — я вышла из-за спины отца, смело встречая презрительный взгляд Шеридана. — Пока что у нас и так есть все, что ты перечислил. Чем рискуешь ты, вызывая отца на поединок?

— Победы? — Шеридан раскатисто рассмеялся, и его смех дружно поддержали остальные кланы. — Ты всерьез рассчитываешь на победу?