Я стояла посреди прихожей, держала телефон в дрожащих руках и чувствовала, как внутри все переворачивается. Что-то случилось с Саидом. Что-то плохое. Иначе зачем незнакомый человек звонил бы мне в такое время, говорил такими загадками?

– Мама? – Амина выглядывала из спальни. – Кто звонил?

– Никто важный, солнышко, – солгала я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. – Спи.

Но сама не спала всю ночь. Лежала и смотрела в потолок, перебирая варианты. Что могло случиться? Авария? Болезнь? Или что-то связанное с его делами – теми темными делами, от которых я так старалась оградить детей?

Почему незнакомый человек звонит мне, а не родственникам Саида? У него же есть брат, есть мать. Почему именно мне, бывшей жене, с которой он развелся три месяца назад?

И почему у меня такое чувство, что после завтрашней встречи моя жизнь снова изменится? Только начала привыкать к спокойствию, только поверила, что худшее позади – и вот оно, новое испытание.

Ребенок в животе толкался беспокойно, словно чувствовал мою тревогу. Я гладила живот, шептала ему успокаивающие слова, но сама боялась. Боялась завтрашней встречи, боялась новостей, которые услышу.

Кафе "Встреча" оказалось маленьким, уютным заведением в центре города. Одно из тех мест, где подают хороший кофе и не задают лишних вопросов. Я пришла раньше времени, выбрала столик у окна, заказала травяной чай – кофе беременным нельзя – и ждала.

Каждые две минуты поглядывала на часы, каждый входящий вызывал новую волну нервозности. Мужчина в костюме – не он. Женщина с ребенком – точно не он. Пожилая пара – тоже мимо.

В два ноль пять появился он. Высокий, смуглый мужчина лет сорока, в дорогом костюме, с внимательными глазами и шрамом через левую бровь. Двигался уверенно, но осторожно – как человек, привыкший к опасности. Огляделся по сторонам, прежде чем подойти к моему столику.

Подошел к моему столику уверенно, сел напротив. Изучал меня взглядом секунды три – профессионально, оценивающе.

– Камаль, – представился он, протягивая руку.

Рука была твердая, с мозолями. Рука человека, который не только отдает приказы, но и выполняет их сам.

– Саша, – ответила я, пожимая ее. – Говорите. Что случилось с Саидом?

Он заказал двойной эспрессо, долго молчал, изучая меня взглядом. Потом достал пачку сигарет, вспомнил, что курить в кафе нельзя, убрал их обратно. Нервничал, хотя пытался этого не показывать.

– Его нет уже две недели, – сказал он тихо, наклоняясь через стол. – Исчез. Без следа.

– Как исчез? – голос сорвался на шепот. – Что значит исчез?

– Значит, что никто не знает, где он. Не отвечает на звонки, не появляется в офисе, не дает распоряжений. Просто испарился.

Я сидела и пыталась осмыслить услышанное. Саид не мог просто исчезнуть. Он был слишком контролирующим, слишком ответственным за свои дела. У него были обязательства, люди, которые от него зависели.

– Может, уехал? – предположила я. – В отпуск, в командировку… У него же есть дела в других городах.

Камаль покачал головой.

– Саид никогда не бросал дела. Никогда. Даже когда вы с ним развелись, он каждый день контролировал ситуацию. У него слишком много врагов, чтобы позволить себе такую роскошь, как внезапное исчезновение.

– Враги, – повторила я, и слово прозвучало как приговор. – А что если…

– Что если его убили? – закончил он за меня. – Это первое, о чем мы подумали.

Слово "убили" ударило в солнечное сплетение. Я согнулась пополам, хватая ртом воздух. Саид мертв. Человек, которого я любила и ненавидела, которого пыталась забыть, от которого жду ребенка, – мертв.

– Вы… вы уверены? – прошептала я.

– Нет. Тела не нашли. Но…

Камаль достал из кармана телефон, показал мне фотографию. Черная машина, изрешеченная пулями. Лобовое стекло разбито, двери распахнуты. Кровь на сиденьях. Много крови.

– Это его машина. Нашли ее три дня назад на окраине города. Пустую.

Меня затошнило. Беременность делала меня особенно чувствительной к таким вещам, но дело было не только в ней. Дело было в том, что на этих сиденьях могла быть кровь отца моих детей. Кровь человека, которого я когда-то любила больше жизни.

– Кто? – спросила я, вытирая слезы. – Кто мог это сделать?

– У Саида было много врагов. Конкуренты, должники, те, кому он когда-то перешел дорогу. Но если пришлось бы ставить…

Камаль замолчал, оглядел кафе, убедился, что нас никто не слушает, наклонился ближе.

– Есть человек. Мурад Шамилов. Сын того Шамилова, которого Саид убил.

Шамилов. Это имя снова. Как проклятие, которое преследует нашу семью из поколения в поколение. Словно мы никогда не сможем от него избавиться.