– Кто такой Шамилов? – спросила я. – По-настоящему. Не просто твой враг. Кто он для тебя?

Саид смотрел на меня долго, словно решая, заслуживаю ли я правды.

– Человек, который поклялся уничтожить все, что мне дорого, – сказал он наконец. – Потому что я уничтожил все, что было дорого ему.

– Что ты сделал? – спросила я, хотя внутренний голос кричал, что лучше не знать.

– Убил его брата, – ответил Саид просто. – Его жену. Его сына. Сжег его дом. Уничтожил его бизнес. Сломал ему позвоночник, так что теперь он передвигается в инвалидном кресле.

Я отшатнулась, пораженная этим спокойным перечислением чудовищных деяний.

– Почему? – выдохнула я. – Зачем ты сделал это?

– Потому что он предал меня, – ответил Саид. – Потому что он пытался забрать то, что принадлежит мне. Потому что он нарушил законы нашего мира.

Он говорил об убийстве целой семьи, о разрушении чьей-то жизни с таким спокойствием, словно обсуждал погоду. И это пугало больше, чем сами его поступки.

– И теперь он хочет отомстить, – сказала я тихо. – Забрать у тебя то, что тебе дорого. Меня. Детей.

– Да, – кивнул Саид. – Поэтому ты здесь. Поэтому ты останешься здесь, пока я не разберусь с ним. Окончательно.

– Ты собираешься убить его.

– Разумеется, – он пожал плечами. – Это единственный способ закончить войну. Уничтожить врага. Полностью. До последнего человека, носящего его имя.

От его слов по спине пробежал холодок. Я смотрела на него и видела чужого человека. Не того, за которого вышла замуж. Не того, с кем прожила годы. Не того, от кого родила детей. Чужого. Страшного. Чудовищного.

– Ты монстр, – прошептала я, не в силах сдержаться.

Он улыбнулся – холодно, без тени веселья.

– Да, – согласился он. – Я монстр. Но я монстр, который защищает свое. Свою территорию. Свою семью. Свою женщину. Любой ценой.

Он подошел ближе, взял меня за подбородок, заставляя смотреть ему в глаза.

– И ты, Саша, – сказал он тихо, – ты принадлежишь мне. Что бы ты ни думала. Что бы ни чувствовала. Ты моя. Навсегда. И лучше тебе смириться с этим.

Я вырвалась из его хватки, отступила на шаг.

– Я не вещь, – сказала я, чувствуя, как внутри поднимается волна бешенства. – Я не собственность. Я человек. Женщина. Мать твоих детей. И ты не можешь владеть мной.

Он рассмеялся – коротко, жестко.

– Могу, – сказал он. – И владею. Как доказывает клеймо на твоем плече. Как доказывает тот факт, что ты здесь, а не там, где я тебя не найду.

Я замолчала, понимая бессмысленность спора. Он был сильнее. Могущественнее. У него были ресурсы, люди, оружие. У меня не было ничего, кроме гордости и любви к детям.

– Чего ты хочешь от меня? – спросила я устало. – Что я должна делать, пока ты… занимаешься своими делами?

– Быть с детьми, – ответил он. – Заботиться о них. Успокоить их. Убедить, что все хорошо. Что мама и папа снова вместе. Что семья воссоединилась.

– Лгать, – перевела я.

– Защищать, – поправил он. – Дети не должны знать о войне. О крови. О том, что их отец – чудовище, как ты выразилась. Они должны расти счастливыми, уверенными, что мир безопасен. По крайней мере, пока они маленькие.

В этом была своя извращенная логика, которую я не могла не признать. Дети заслуживали детства. Заслуживали безопасности. Заслуживали счастья, даже если оно основано на лжи.

– Хорошо, – сказала я после паузы. – Я буду делать то, что ты говоришь. Ради детей. Не ради тебя.

Он кивнул, словно именно этого и ожидал.

– Еще кое-что, – сказал он. – Моя мать здесь. Она… специфическая женщина. Старой закалки. С определенными взглядами на семью, на обязанности жены, на воспитание детей. Не перечь ей. Не спорь. Не показывай характер. Иначе она сделает твою жизнь здесь невыносимой.

– Она знает? – спросила я. – О том, что происходит? О Шамилове? О… нашей ситуации?

– Она знает все, – ответил Саид. – Она часть этого мира. Часть клана. Она была женой моего отца, который был… таким же, как я. Только хуже.

В его голосе прозвучала нотка, которую я не смогла распознать. Уважение? Страх? Восхищение? Что-то среднее между всем этим.

– Когда ты уезжаешь? – спросила я, меняя тему.

– Завтра, – ответил он. – На рассвете. Есть дела, которые нужно закончить. Люди, с которыми нужно встретиться. Планы, которые нужно подготовить.

– А если… – я замолчала, не в силах произнести вслух то, что крутилось в голове.

– Если я не вернусь? – закончил он за меня. – Если Шамилов окажется сильнее, хитрее, удачливее?