Меня затошнило. Это был не тот Саид, которого я знала. Не тот мужчина, с которым я прожила годы, родила детей, делила постель. Это был… зверь. Хищник. Убийца.

Бой длился не больше пяти минут, но мне казалось – вечность. Когда все стихло, на дороге осталось шесть неподвижных тел. Наши потерь не понесли, только Хасан был ранен – пуля прошла по касательной, оставив кровавую борозду на плече.

Саид медленно подошел к одному из нападавших, который еще шевелился. Наклонился, перевернул его на спину. Человек застонал, изо рта потекла кровь.

– Кто послал тебя? – спросил Саид, и его голос был таким холодным, что у меня мурашки побежали по коже.

Человек что-то прохрипел. Я не расслышала. Саид наклонился ниже.

– Повтори.

– Ш-шамилов, – выдавил раненый. – Он… он велел… забрать женщину. Живой…

Саид выпрямился. Его лицо было неподвижной маской, но в глазах плескалось что-то такое, что даже на расстоянии я почувствовала холод, разливающийся в воздухе.

– Карим, – позвал он. – Возьми его. Отвези туда, где мы сможем… поговорить.

Тон, которым это было сказано, не оставлял сомнений в том, что "разговор" будет недолгим и крайне болезненным.

Саид подошел ко мне. Кровь на его рубашке, на руках, на лице – я не могла понять, его или чужая. Он протянул руку, помогая подняться.

– Ты цела?

Я кивнула, не в силах произнести ни слова. Он осмотрел меня быстрым, цепким взглядом, задержавшись на плече, где под повязкой пульсировало его клеймо.

– Повязка не сбилась, – констатировал он. – Хорошо. Нам нужно уходить. Хасан, машина на ходу?

Хасан покачал головой:

– Двигатель пробит. Но у них, – он кивнул на убитых, – транспорт в порядке.

Саид кивнул:

– Берем их машину. Карим, пленного в багажник. Хасан, нам нужно укрытие. Временное. Где можно… поговорить без помех.

Хасан задумался на мгновение:

– В десяти километрах отсюда есть заброшенная ферма. Там безлюдно. И подъезд только один – легко контролировать.

– Отлично, – Саид повернулся ко мне. – Идем. И держись рядом со мной. Всегда.

Я молча последовала за ним к одному из внедорожников нападавших. Внутри пахло кровью, порохом и страхом – тем особым, животным страхом, который чувствуешь только перед лицом смерти.

Карим затолкал пленного в багажник. Человек стонал, кровь пропитывала его одежду, капала на металл. Я отвернулась, сглатывая подступившую к горлу тошноту.

Мы тронулись. Саид сидел рядом со мной, молчаливый, напряженный, сжимающий пистолет, словно ожидая новой атаки в любой момент.

– Почему он хотел забрать меня живой? – спросила я, когда молчание стало невыносимым. – Этот Шамилов?

Саид повернулся ко мне. В тусклом свете приборной панели его лицо казалось высеченным из камня, с глубокими тенями под глазами и жесткой линией рта.

– Потому что мертвая ты ему не нужна, – ответил он. – Он хочет использовать тебя против меня. Сделать тебя своим оружием.

– Как?

Саид отвернулся, снова глядя в ночь за окном.

– Лучше тебе не знать.

Но я знала. Или догадывалась. Пытки. Изнасилование. Унижение. Все, что можно сделать с женщиной, чтобы сломить мужчину, который ее любит.

Я посмотрела на Саида новым взглядом. На его руки, испачканные кровью. На жесткую линию плеч. На шрам, пересекавший бровь – след какой-то давней схватки, о которой он никогда мне не рассказывал.

Кто он? Кто этот человек, с которым я прожила столько лет? Которого любила? Которому родила детей? Мужчина, способный убить голыми руками, сломать шею человеку так же легко, как другой ломает спичку?

И главное – как я могла не видеть этого раньше? Не чувствовать зверя, прячущегося под человеческой кожей?

Заброшенная ферма оказалась именно тем, чем ее назвал Хасан – полуразрушенным зданием с провалившейся крышей и выбитыми окнами. Но внутри было достаточно сухо, и главное – глухие стены, за которыми никто не услышит криков.

Саид приказал Хасану и Кариму вытащить пленного из багажника и привязать к стулу посреди пустой комнаты. Меня он оставил в машине, но я не выдержала – вышла, последовала за ними, почти против воли, движимая каким-то болезненным любопытством.

Внутри фермы горел фонарь, отбрасывая причудливые тени на стены. Пленный сидел, привязанный к стулу, с опущенной головой. Кровь капала на пол, образуя темную лужу.

Саид заметил меня, нахмурился:

– Я сказал тебе оставаться в машине.

– Я хочу знать, – сказала я, удивляясь твердости своего голоса. – Хочу знать, кто такой Шамилов. И почему он охотится на меня.