В глазах защипало.

– Ты понял, о чем я.

– Не доверяешь мне? - Хмыкнул дракон то ли с недовольством, то ли с раздражением. – И не любишь.

Это упрёк?

Я вскинула голову, готовая защищаться от драконьих нападок, но Торнот снова меня поразил. Печально усмехнулся, разыскал мою руку в складках пышной юбки, поднес к губам.

– Как пожелаете, профессор. Жду на балу.

И, восхищая разворотом плеч и идеальной осанкой, ушел.

Я потеребила мерцающие льдом зимних озер бриллианты на запястье, заставляя себя через силу глотать горький воздух. В мыслях и чувствах царила сумятица.

Коннор снова и снова делает мне навстречу шаги, пытается помириться, а я раз за разом его отталкиваю. И даже совместная поездка в столицу не заставила меня изменить своё мнение. Ну не могу я себя пересилить, не могу простить предательство Истинного-дракона!

За панорамными окнами белые пушистые хлопья кружились в причудливом танце; быстро темнело.

Я миновала пустой коридор и вошла в торжественный зал. С самого сотворения Академии он служит для балов, приемов или турниров. И как академический врач, присутствующий на всех мероприятиях, я знаю помещение как свои пять пальцев.

Под потолком большая хрустальная люстра. Стены отделаны коричнево-золотыми панелями. Паркет цвета мёда блистает. А еще зимний бал на то и зимний – в качестве украшений по залу развесили гирлянды, ленты и елочные венки.

Коннор стоял за трибуной и обращался с речью к студентам. Рядом с ректором возвышался император. Себастьян тоже произнес свою речь, более короткую и, наконец, грянула задорная музыка. Девушки в шелковых платьях и юноши в элегантных костюмах разбились на пары. Кто-то отошел к столам с угощениями. Другие образовали шумные группы, шутили и веселились.

Преподаватели теснились возле колонн у выхода на балкончик с резными перилами.

Наверное, зря я согласилась принять от мужа подарок. Легкий шелест атласа, плавный шажок от бедра и вот ко мне прикованы сотни взглядов: удивленные, восхищенные, любопытные, завистливые.

– Смотрите, это профессор Рейт? – послышались голоса из толпы.

– Она.

– На ней бриллианты?

– Пф, это не бриллианты. Стекло, - возразил чей-то альт.

– Не-а, бриллианты. Мой дар не обманывает.

Я поморщилась. Ну, вот. Хотела как лучше, а вышло…

– Профессор Рейт, позвольте выразить вам своё восхищение, - выдернул из мыслей сдержанный голос проректора, когда я очутилась возле колонны. Доус подхватил мою руку в перчатке, поднес к губам, поцеловал. – Вы изумительно выглядите.

– Благодарю, - вежливо улыбнулась. – И вы само очарование.

Пожилой маг в мантии смущенно отмахнулся:

– Вы мне льстите, Алисия.

Я обменялась любезностями с другими коллегами и заметила среди студентов подругу. На Монике красовалось бордовое платье с золотым шитьём. Образ декана факультета бытовой магии дополняли белые ажурные перчатки до локтей, легкий макияж. Волосы она заплела в косу и уложила на голове виде короны. Позади, чуть отстав, шагал Фабиан Гор. Магистр старательно изображал интерес и веселье, но на его лицо то и дело прорывалось угрюмое выражение.

– Алис, - заметив меня, Моника подбежала. Карие глаза подруги сверкнули изумлением. – Ты… невероятно красива.

– И ты самая настоящая красавица, - я невольно перевела взгляд на Фабиана. Тот рассеяно изучал стайки студенток и хмурился. Сердце в груди болезненно сжалось. Уж не любовницу ли он высматривает?

– Алисия, - наконец галантно кивнул.

– Фабиан.

– О, Фаб, смотри, какая прелесть, - Моника не могла оторвать взгляда от прозрачного как снежный хрусталь колье. – Это ректор подарил, угадала?

– Да, - я сдержанно улыбнулась.

– Значит, просит прощения. – Она заговорщически мне подмигнула. – И правильно делает.

Скупо хмыкнув, поглядела из-под полуопущенных ресниц на зал.

Коннор и Себастьян возвышались близ трибуны в окружении орд восторженных леди. И каждой отвечали комплиментом или шутили. Я невольно залюбовалась гордой статью нелюбимого мужа. Безупречен, красив, открыт к диалогу. Может…

– Дашь ему еще один шанс?

Рассеянно перевела взор на Монику.

Прилипнув к откровенно скучающему Фабиану, она смотрела на меня, чуть сузив глаза.

– Говорю, простишь Торнота или нет?

– Я…

Она искоса оценила лорда-ректора и перешла на шепот:

– Имей в виду, зазеваешься – и такого мужика вмиг уведут.

Моника! И как не стыдно?

Шикнув, покосилась на Фабиана.

Благо, увлеченный беседой с магистром Лоуренсом он не расслышал.