– Алисия, - Моника тоже не осталась в стороне. Бросила на дракона боязливый взгляд, осторожно пробормотала: - Я понимаю твои чувства, но может сейчас не тот момент, чтобы обманывать?
– Вы знаете, кто отец близнецов? – Раздался твердый вопрос Лакруа.
Чтоб ему.
Молча кивнула.
Отчаяние душило петлёй, горечь плескалась в крови вместе с магией. Подруга права, сейчас не тот момент. Главное спасти детей.
– Он в этой комнате? – Чертов дознаватель не отставал.
Снова кивок.
– Скажите имя.
– Я отец близнецов, сколько можно повторять… - хмыкнул Блум. Но был перебит.
– Вас не спрашивают, магистр. Алисия.
Ощущение было таким, будто я с размаху ушла на дно зимней реки. Удар об лёд вышиб все силы. Холод сковал тело тисками. Все звуки слились в один шумный шар.
Коннор. Коннор отец близнецов.
Как же больно признаться. И физически, и морально. А еще этот демонов контракт на отцовство.
Я подняла взгляд к дракону.
Он стоял в трех шагах, напоминая заледеневшее изваяние. В грозовой синеве пристальных мужских глаз закручивался беспощадный ураган.
Муж словно что-то прочитал у меня на лице, изогнул темную бровь и прорычал:
– Выйдите.
– Простите? – Блум подскочил.
– Выйдете, - новый жесткий приказ. – Немедленно.
От грозного драконьего рыка содрогнулся потолок, со стен посыпалась штукатурка. Преподаватели обменялись беглыми взглядами и, опасаясь гнева начальника, ретировались.
– Вы тоже, Лакруа, - не оборачиваясь к законнику, рявкнул Коннор.
– Буду за дверью, - недовольно хмыкнул тот. Но подчинился.
Я и дракон остались наедине.
Глава 28
– Алис, - его низкий голос как приговор. Звучит над головой и отсчитывает последние минуты моей спокойной жизни отвергнутой жены.
Драконьи глаза светились огнем.
– Скажи правду. – Бывший муж сосредоточил на себе все мои чувства. Магия вокруг его ладоней мерцала черными облаками. – Дети рождены от меня?
Богиня, за что ты снова свела нас вместе?
Почему сейчас, а не спустя двадцать лет, когда Эрин и Ларк уже бы выросли?
Говорить не было сил. Да и сделка с Блумом не позволит.
Отрицательно помотала головой.
– Это да или нет? – В рыке неистинного гремела сталь.
– Нет.
– Почему ты мне лжешь?
– Я не…
– Почему лжешь с первого дня нашей встречи в Академии? Почему скрывала правду о детях столько лет? Почему, узнав о беременности, не вернулась в замок, не попросила о помощи? Я не чудовище, я бы не бросил тебя беременную.
Не верю. Не верю ни единому слову!
Зажмурилась, морщась и теряя привычный контроль.
Ненавижу его. Ненавижу.
Когда все закончится, и мы вернем близнецов – я и этот отвратительный гадкий дракон незамедлительно разведёмся и больше не увидимся. Никогда!
– Алис, - о горечь в низком голосе мужа можно было порезаться. – Скажи что-нибудь.
Он словно закаменел. Узкие вертикальные зрачки лихорадило. Они то расширялись, то сжимались до едва заметной полоски.
Мужские мышцы сделались каменными, плечи были напряжены, пальцы сжались в кулаки. Муж будто удерживал дракона внутри. Удерживал из последних человеческих сил.
Я сглотнула. Не могу. Магическая сделка связала меня крепче цепей.
Коннор втянул воздух носом, нахмурился. Я даже шевельнуться не успела, муж за секунду сократил между нами расстояние, рухнул на колени и, не больно сжав запястье, выжег отметину. Договор с магистром Блумом потерял свою силу, сделка была расторгнута в одностороннем порядке.
Вздрогнув, поняла, что снова свободна. Магия договора более не имеет надо мной удушающей власти. А толку?
Не успела прийти в себя – муж обхватил мои плечи ладонями и ощутимо встряхнул:
– Дети рождены от меня?
Требование. Ультиматум.
Солгу и сильно об этом пожалею.
– Да.
Голос предательски срывается. Сердце замирает от отчаяния.
Я сама себя уничтожила.
Коннор застыл с хищным прищуром, а затем успокоился. Его чудовищно могущественная магия ослабела.
– Мои, - прорычал с неимоверным облегчением.
Зато я напоминала себе натянутую до предела струну.
– Это ничего не меняет, - собрав силу в кулак, прошипела, - я не отдам тебе близнецов. Слышишь? Ты их не отберешь. Никогда.
Дракон вместо ярости и упреков вдруг улыбнулся.
– С чего ты решила, что я собираюсь их забрать?
Я отпрянула.
Издевается?
Или это такая извращенная драконья шутка?
Мужской взгляд был прямым и открытым, суровое лицо умиротворено. Не похоже, что неистинный кипит от гнева.
С подозрением прищурилась:
– А ты не…