— Если честно, я забыл имена, — уклончиво сказал он. — Спросишь у принца Надира, когда закончим. Их представили как помощников дейра Ильда, которым можно доверять.

Помощников. Теперь Ялла возвращалась мыслями назад — к началу этой удивительно короткой встречи, вспоминая слово за словом.

— Ты сказал, что Арен отправится на север…

— И займется эвакуацией жителей, чтобы подготовить в предгорьях плацдарм для сражения, — кивнул Эйл. — Прости, что не спросил твоего согласия, но тебе и правда важнее отправиться в Ньеред.

— Кто решил так?

— Он сам предложил. И я с ним согласен: дейр Ильд родился и вырос в тех местах, таларды много лет назад убили его мать, люди ему сочувствуют и доверяют. Это прекрасная возможность обойтись без лишнего принуждения.

— Это и был тот план, о котором ты говорил?

Эйл поколебался, но Ялла уловила в его душе возбужденно-радостные проблески.

— Мне кажется, дейра Ильда послала к нам сама судьба. Если все и правда пройдет так, как он задумал, это будет самая короткая война в истории Даргедии.

Хорошо бы. Вот только Ялле совершенно не нравилось, что они умудрились договориться о чем-то за считаные мгновения. За ее спиной.

— И что он задумал? Выкладывай давай.

Эйлив совершенно преобразился, не осталось и следа недавнего гнева. Теперь он весь светился — снаружи и изнутри. Загадочный и очень-очень довольный. Но это почему-то не успокаивало Яллу, а наоборот, настораживало все больше.

У брата явно появился какой-то секрет. От нее.

— Он просил поменьше об этом распространяться, — ответил Эйл, и сияющее от радости лицо его вновь омрачилось тенью беспокойства. — Ялла, среди наших дейров есть предатели. Пока все не вылилось в открытый бунт, надо действовать на упреждение.

О. Так о предателях теперь известно не только ей. Но откуда Арен это узнал?

— Но мне-то ты можешь доверять. В чем состоит его план?

Эйлив досадливо махнул рукой, явно сожалея, что проболтался. Даже ей, родной сестре, которая всегда стояла за него и Гессардию горой!

— Ладно, только вкратце. Весь расчет на обманный маневр. В восточной части талардагского хребта — там, где горные пики величают Вершиной миров, есть что-то похожее на ущелье, подходящее для перехода. К тому месту отправится отряд ударных сил и будет несколько дней маячить у самой границы, и еще нагоним туда как можно больше северян, переодетых военными. А еще слух пустим среди своих же предателей о том, что гессардийцы замыслили тактическую хитрость и нападут первыми — там, где враг не будет того ожидать. Таларды будут вынуждены перестроиться и оттянуть немалую часть войск с востока. И тогда тот штурмовой отряд перейдет горы, принимая отвлекающий бой. В это время основной наш удар придется именно туда, где таларды его точно не ожидают.

— Куда?

Эйл загадочно сверкнул глазами.

— Прости, Ялла. Но я не могу тебе сказать.

А Ялле вся эта загадочность нравилась все меньше и меньше.

— Почему? Ты мне не доверяешь?

— Я тебе доверяю. Но ты едешь на встречу с принцем Мардом.

— И что?

— А то. Он — читающий мысли. О, — добавил Эйл, насладившись потрясением на ее лице. — Так ты не знала? Ну, теперь и сама понимаешь. Я не могу доверить тебе военную тайну, от которой зависит судьба всего королевства, до того как ты встретишься с Орманом.

Ялла обдумала этот ответ и нехотя признала, что решение Эйла более чем разумно.

— Ты сказал, что план нападения еще в разработке?

— Верно.

— Значит, ты еще будешь обсуждать его на военном совете?

— Обязательно.

— Я должна присутствовать на этом совете. Разумеется, после возвращения из поездки. Поскольку в этом плане есть то, что следует исправить.

Эйл воинственно выпятил челюсть.

— И что же?

— А ты сам не понимаешь?

— Ялла, у нас обоих нет времени разгадывать загадки. Говори прямо, что тебе не нравится.

— Что станется с отвлекающим отрядом? Разрабатывая ваш гениальный план, вы не думали о том, что эти люди примут на себя удар главных сил талардов, и у них не будет возможности уйти живыми?

Эйл какое-то время молчал, и в его душе она явственно уловила обиду — направленную почему-то опять на нее.

— А ты не думала, что работа военных и состоит в том, чтобы рисковать жизнью ради страны?

— Рисковать, Эйл. Рисковать! Здесь — не риск. Ты, не задумываясь, посылаешь людей на верную смерть.

Он открыл было рот, чтобы возразить, но запнулся. С силой сомкнул челюсти, и под скулами его заиграли желваки.

— Ладно. Ты права. Мы обдумаем это и поищем другой способ.

— Вместе, — напомнила она, наставив на него палец. — И без меня прошу таких решений не принимать.

— Вместе, — неохотно согласился Эйл. — Тогда поспеши, Ялла. Если мы хотим перехватить инициативу наступления у талардов, нельзя терять ни дня.