Ослепительная вспышка и звук, от которого заложило уши… Перед нами разверзлась бездна.

Мир, скованный вечными льдами. Города, вырезанные из огромных скал. Мирно живущие демоны — хранители холода и памяти. Откуда я это узнала? Без понятия. Словно кто-то просто взял и вложил мне эти знания в голову. Я смотрела — и видела того самого демона из замка Марибэль. Того, над которым пыталась ставить опыты. Он ведь тогда показывал то же самое — не так чётко, конечно, но этот пейзаж…

Внезапно раздался треск и жуткий вой. Небо треснуло, и с него обрушилась лавина — точно такая же, как в видении демона. Только теперь я могла рассмотреть детали. Это была не просто лавина. Это было нечто другое.

— Сила Морхальда, — ответил Страж на мой вопросительный взгляд. — Он подчинил их своей воле. Единственных существ, способных убить драконов. Затолкал их волю, память, души так глубоко, как только смог. Тем самым превращая их в лучших убийц, в ядовитых тварей, чей единственный инстинкт — уничтожать драконов.

— Но мы исследовали одного демона, — возразила я. — Вернее, пытались. Он показался мне вполне адекватным. И он показывал нам вот этот самый миг, — я взмахнула рукой, обводя пространство.

— Весь замок пропитан магией Марибэль, — ответил Страж. — Марибэль — ведьма. Ведьмы создания Иларии.

— Подожди. Я думала, ведьм создала Аурэлия, — нахмурилась я.

— Нет, Илария создала ведьм. В вас — именно её пламя жизни, и только оно способно противостоять ледяной магии смерти Морхальда.

— Как всё сложно, — пробормотала я, и покачала головой. — Ладно. Погнали уже прорвемся сквозь эти хитросплетения божественные.

Страж кивнул. Буря утихла, и нам предстали демоны — уже не те, что прежде. Я смотрела на них и понимала: они изменились. Глаза погасли. В них поселилась пустота. Жуткое зрелище…

— Морхальд послал их за драконами, а сам мысленно позвал Лиру: «Ты ещё можешь их спасти. Вернись ко мне — и они останутся в живых».

Пейзаж вновь сменился.

Огромная скала, на вершине которой сидела женщина. Лира… Сейчас она не походила на богиню — скорее на обычную женщину, с любовью и нежностью глядящую на маленький свёрток в своих руках. Сзади их обоих обнимал мужчина внушительных размеров. Свёрток оказался младенцем — мальчик с тёмными волосами и умными внимательными глазами, в которых горел алый вертикальный зрачок. Покой, умиротворение, любовь — вот что открылось нашему взору.

— Ему было примерно полгода, — прошептал Страж.

У меня в горле вдруг встал ком.

Лира смотрела вдаль — туда, где на горизонте уже роились первые тени. Демоны приближались. Я осознала это очень чётко — как и то, что Лира мысленно прощается со своими любимыми. Она слышала призыв отца и понимала: своим желанием маленького счастья она подвергла всех драконов смертельной опасности. Раньше она надеялась, что отец поймёт, смирится, что они помирятся… Но все их разговоры заканчивались лишь очередным требованием вернуться. Он не слышал её… А значит, пришло время исправлять свои ошибки.

— Она понимала, — подтвердил мои мысли Страж. — Даже если сейчас вернётся к отцу, он не оставит драконов в покое. Уничтожит — из опасений, из мести, из гордости, из желания стереть саму память о предательстве своих созданий.

Я не могла отвести глаз от Лиры с младенцем на руках. Это было выше моих сил. Вся моя сущность кричала, ревела, рвалась помочь… но я не могла. Лира прижала сына к груди и поцеловала в пухлую щёчку. По её лицу скатилась слеза, а губы растянулись в нежной, ласковой улыбке. И вновь это чувство — почему её черты и глаза кажутся такими знакомыми?

— Прости меня, родной, — услышала я её едва уловимый шёпот, обращённый к тому, кого она любила. К тому, кого готовилась оставить навсегда — ради его же спасения. — Я не хотела этого.

Я молча глотала слёзы, боясь сделать хоть вдох, чтобы не упустить ни единого мига. Это больно. Даже смотреть невыносимо. Что уж говорить о чувствах самой Лиры — женщине, прощавшейся с собственным ребёнком и с любимым мужчиной, зная, что иначе ни как. Зная, что другой любимый мужчина хочет их уничтожить… Её сердце в этот момент буквально рвалось на части, и почему-то это чувствовала — словно сама стояла там, на вершине высокой скалы, прощаясь со своими любимыми…

Лира поднялась, передала свёрток с малышом мужчине, ещё раз обняла их — и спрыгнула…

— Отец, — раздался её крик, полный боли, где-то в небесах, а дальше — тьма…

— Она уже знала о демонах, — голос Стража стал совсем безжизненным. — Знала, что отец своими действиями нарушил баланс, а это в свою очередь приведёт к печальным последствиям. Все миры захлебнутся в хаосе. И эти изменения уже начались.