– И к какому выводу они пришли? – Эмили сильно сомневалась, что в диагноз ей вписали «неизвестный обряд вуду с использованием подозрительной брошки», но версию врачей все же хотела услышать.

– Вам официальный ответ или житейский? – уточнил доктор.

Эмили пожала плечами. Она сама не знала, что ее бы устроило больше.

– По официальной версии у вас произошел микроинсульт, но по нашим предположениям вы были под воздействием гипноза, – доктор замолчал, ожидая ее реакции.

Эмили ничего не ответила. Ей показалось глупым что-либо рассказывать, иначе обязательно примут за сумасшедшую.

Все это был сон. Как она и предполагала.

***

Первой Эмили увидела маму. Ее лицо было серым, а глаза, казалось, запали. Она постарела на десяток лет разом, но Эмили не стала ей об этом говорить. Мама стиснула ее в объятиях, и это было именно то, чего она так хотела в этот момент.

– Какая же ты глупая девчонка, – рыдала мама.

– Мам… – невольно хлюпнула носом Эмили.

Ее сердце сжалось было, но тут же успокоилось.

Она вернулась.

Все теперь было на своих местах, так, как и должно быть.

Катрина с отцом стояли поодаль, как будто ожидая своей очереди, чтобы дотронуться до нее. Все дрязги между ними испарились.

Да и не было их вовсе, если разобраться. Семейные отношения не всегда складывались легко, но ведь самое главное – чтобы родных людей связывала любовь. А ее любили, Эмили это чувствовала всегда, что бы ни происходило.

Пока мать и отец общались с врачами, Катрина сидела на кровати, держа Эмили за руку, как будто она могла куда-то убежать.

– Знаешь, я больше никогда не разрешу тебе уходить одной, – строго заметила Катрина. – Что с тобой произошло в тот день?

Эмили помнила все: и куклу, и брошь, и Лунджил.

Но рассказывать про это, разумеется, не стала, лишь тепло улыбнулась.

– Инсульт, – ответила она, не совсем понимая значение этого слова.

Катрина вздохнула и еще крепче обняла ее.

– Я много раз корила себя за то, не ушла с тобой, – призналась она.

Эмили не хотелось это обсуждать, поэтому она попросила рассказать обо всем, что случилось за то время, пока она отсутствовала.

– Мы ходили с Полом на свидание… Вспоминали школьные годы и… В общем, я ему больше не звонила, мне показалось неправильным веселиться, когда ты в таком состоянии, – поделилась Катрина.

Надо же, Пол. Тот самый парень, который был первым мужчиной Катрины. Насколько Эмили помнила, он тоже, как и сестра, пережил неудачный брак, разве что детьми не обзавелся. Пол не был богатым, но он всегда отличался трудолюбием. Сейчас, по словам Катрины, Пол работал на заводе, а в выходные занимался волонтерством. В общем, был идеальным простым парнем без вредных привычек и пристрастий.

– Теперь я в порядке, – заметила Эмили. – Я надеюсь, ты пригласишь его к нам.

– Мама будет в ярости, – усмехнулась Катрина.

Эмили заметила, как погрустнели ее глаза.

– Если ты чувствуешь, что он твой, не теряй времени. Ты уже пробовала жить без него и счастливее не стала. Но сейчас у тебя есть шанс изменить свою судьбу, вдруг вы должны быть вместе? – подбодрила она Катрину.

– Нет, я… Пол… Он хороший парень, и Макс его обожает, но он не то, что мне нужно… Наверное, – совсем тихо отозвалась та.

– А что тебе нужно? Богатый альфа-самец на красном бентли? – фыркнула Эмили.

– Почему бы и нет, – легонько толкнула ее в бок Катрина.

Эмили вдруг вспомнила Марка Вилсона. Он как раз подходил под стандарты сестры… А еще он был похож на человека, который завладел ее, Эмили, сердцем.

Человека из снов, из далекого прошлого…

Хорошо, что его не существовало.

– Кстати, твой парень приходил к нам. Тони, кажется, он спрашивал о тебе, – оживилась Катрина.

Похоже, она очень хотела перевести тему. Эмили, услышав о бывшем, даже перекрестилась. Ну, хоть один плюс от этой ее одинокой прогулки, приведшей ее на больничную койку – идиота Тони больше не было в ее жизни.

– Мы с ним расстались, – чересчур радостно заявила Эмили.

Катрина удивленно вскинула бровь, но не стала задавать вопросов.

– Значит, у нас у обеих не все хорошо в личной жизни, – подытожила она.

В ее словах не было ни злости, ни радости, одна только только грусть.

– Зато теперь я знаю, чего и кого хочу, – улыбнулась Эмили.

– Альфа-самца на красном бентли? – пошутила Катрина, повторив ее же недавние слова.

Морган тоже любил так делать. Эта мысль обожгла болью, и Эмили даже зажмурилась на мгновение, усилием воли отгоняя эти… «воспоминания».

– Нет… Мне нужен тот, кто будет желать проводить со мной время. Человек, который не будет бояться узнать мой мир и показать мне свой, сможет исполнить мои желания и сделать меня счастливой, – перечислила она.

На меньшее Эмили не была согласна. Точно не теперь, когда она (неважно, приснилось ей все или нет) знала, каково это – быть любимой.