– Я ничего не путаю, – возразил Морган. – Я нуждаюсь в вас, как в воздухе, мне невыносимо жить, если я не знаю, что с вами, и не слышу вашего дыхания. Хочу слышать ваш голос по утрам и… по ночам, – добавил он тише. – Хочу проводить с вами время, хочу показать вам свой мир и увидеть ваш. Хочу знать ваши мысли и желания, хочу исполнять их. Хочу сделать вас счастливой.

Эмили сглотнула. Они, не отрываясь, смотрели друг другу в глаза, и она все ярче осознавала, что тоже хочет… всего. С ним. Она жаждала быть рядом с этим мужчиной. В болезни и здравии, как бы банально это ни звучало. Наверное, эти слова приобретали смысл, лишь когда кого-то действительно любил…

А Эмили любила Кристофера Моргана. И Эмма любила его. Даже если одна из них исчезнет, ничего не изменится.

Морган накрыл ее губы своими. Его теплое дыхание словно пробиралось внутрь, отогревало сердце от морозного воздуха.

Поцелуй был медленным и тягучим. Эмили нравилось целоваться с Морганом, вдыхать его аромат, остро чувствуя, что этот мужчина принадлежал ей. Нет. Он принадлежал им.

В ушах шумело. Только потом Эмили поняла, что это тарабанил дождь по крыше беседки.

Морган оторвался от ее губ и едва заметно улыбнулся.

– Итак, мисс Эшби, согласны ли вы стать моей женой? – спросил он торжественно.

Эмили только кивнула. Все равно она бы не смогла вымолвить ни слова.

Они целовались еще очень долго. Так долго, что губы начало пощипывать, да и Морган явно шалел.

– Нам нужно остановиться и оповестить твоего отца, – шепнул он, но сам продолжал коротко целовать то ее губы, то щеки.

– Думаю, он в курсе… Все в курсе… – ответила ему Эмили.

– Я не об этом. Хочу обвенчаться на этой неделе, чтобы к выходным вы хозяйничали в моем доме и… в моей постели, – промурлыкал Морган.

– Вы чересчур откровенны, – усмехнулась Эмили, перебирая пальцами его вьющиеся волосы.

– Даже не начинал, – Морган провел носом по ее шее, сладко прикусил кожу, – а еще я запрещаю вам носить в доме корсет и кучу этих платьев.

– Может, мне вообще ничего не надевать? – фыркнула Эмили, не имея, впрочем, ничего против этой инициативы.

– Это будет идеально. В ближайшее время одежда вам точно не понадобится, – согласился Морган невозмутимо.

Он был горячим, как огонь, и зажигал ее своим напором и страстью.

Эмили уже даже не помнила, почему она обратила внимание на Тони. Ведь ее сердце тогда молчало. Как она могла перепутать интерес с любовью? Теперь-то она знала, каково это – быть с тем самым человеком.

Эдварду практически ничего не пришлось разъяснять. Он давно выяснил все свободные даты в местной церкви, так что оставалось только согласовать с ними день. Эмили видела, что Эдвард был искренне рад – не только за нее, правда. Да, конечно, он был доволен тем, что его дочь тепло относилась к будущему мужу, но еще больше его воодушевлял тот факт, что зять у него намечался состоятельный и умеющий решать проблемы. Так что самому Эдварду жить теперь будет вдвойне хорошо. Мария же, услышав новости, не проронила ни слова: постояла, поджав губы, а затем гордо отвернулась и ушла.

Но Эмили было все равно.

Теперь уже точно.

***

Как только Эмили решилась дать себе шанс, все стало очень простым.

Печалило только расставание с Морганом, пусть даже всего лишь на ночь. Она бы поехала с ним хоть сейчас, какая разница, где готовиться к свадьбе? Но здравый смысл подсказывал, что рядом с Морганом сосредоточиться не получится. А сделать нужно было ну очень много всего.

Куклу Эмили решила вернуть на место – туда, куда ее спрятала Эмма. Если ее и найдут, то уже после ее смерти, когда ей будет на это наплевать.

Эта мысль, на удивление, даже не показалась ей грустной. О возвращении Эмили больше не думала, жить с любимым человеком она готова была и в доисторическую эру. Правда, романтики бы явно поубавилось и удобства оказались бы на улице, но… Зато они были бы вместе.

Настроение впервые за все время поднялось выше отметки «отлично». Эмили буквально вприпрыжку побежала в комнату, чтобы поделиться с Лорой новостью и упаковать куклу.

И меньше всего она ожидала увидеть в своих покоях Маргарет. Хотя нет, та любила посещать ее без приглашения, но на этот раз визитом она не ограничилась. В ее руках оказалась та самая кукла вуду, которую Эмили опрометчиво положила в тумбочку.

В комнате все было перевернуто вверх дном, Маргарет явно знала, что искала.

– Неужели это она? – заметив ее, спросила она, глядя на Эмили распухшими от слез глазами.

Миловидное лицо ее стало одутловатым и перекошенным от злости. Эмили застыла в дверях, стараясь не показывать своих эмоций, но внутри у нее все переворачивалось от страха.

– Кто – она? Зачем тебе моя кукла? – вопросом на вопрос ответила она, усилием воли делая вид, что ей все равно. – Кто вообще разрешил тебе заходить сюда и рыться в моих вещах?

– Я все знаю, – не обращая внимания на ее слова, выдала Маргарет. – Слышала твой разговор с той рабыней. Эта кукла важна для тебя.

Эмили глубоко вздохнула и сделала несколько неторопливых шагов вперед.