Мне приходится привстать на цыпочки, чтобы дотянуться. Зато руки удобно ложатся к Илье на плечи.

Я сама целую его, как умею.

Что чувствуешь, когда целуешь кого-то в первый раз?

Столько всего. Я даже не могу передать словами. Бабочки в животе расправляют крылья.

Я парю над землёй. Лёгкость и невесомости во всем теле.

Губы горят огнем. Мысли мгновенно испаряются из головы. Всей своей душой стремлюсь навстречу.

Илья приподнимает меня и прижимает к стене так, что мы становимся одного роста.

Чувствую жар его тела. В таком положении дышать тяжело. Почти невозможно.

Но все равно я продолжаю целовать его. Как умею.

Я на своем месте. Все так, как и должно быть. Но это значит, что…

Открытие кажется таким ошеломляющим и невероятным. Но ведь иначе он не целовал бы меня сейчас.

Мне очень не хочется прерывать поцелуй, но я упираюсь ладонями ему в плечи и отталкиваю. Миронов по прежнему держит меня на весу у стены, но целовать прекращает.

Смотрит на меня своими чёрными глазами.

– Ты в меня влюблен? – шепчу не своим голосом.

– Нет, – он отвечает слишком быстро. Но я знаю, что он врёт.

– Тогда, отпусти, – извиваюсь змеей, но вырываюсь из его рук.

Илья подчиняется. Сдерживаю свое ликование и радость. Я победила.

Я ПОБЕДИЛА.

– Хм. Ясно. Это ты сказал Даше извиниться передо мной? Ты добился того, чтобы ей сделали выговор? Да или нет, Миронов?

– Да, – он отвечает обреченно. Злится. Бесится. Чувствует себя поверженным. Что же. Должна же и я хоть когда-то быть впереди.

– Это все, что я хотела узнать.

Погода для начала марта кажется неприлично тёплой. Я возвращаюсь домой после репетиции стянув шапку с головы. Ради концерта для детского дома пришлось вернуться в свой старый коллектив. И хоть физические нагрузки для меня пока ещё ограничены, я вспомнила движения. А заодно немного размялась.

Мышцы в теле приятно ноют. На улице после зимы темнеет намного позже. Весна вступает в силу.

Жизнь прекрасна.

И самое прекрасное то, что я уже несколько дней абсолютно уверена, что Миронов ко мне неравнодушен.

Я не иду. Парю над землёй. Каждый шаг, как движение в такт. Раз, два, три. Раз, два, три.

Какое же это приятное чувство.

Настал тот момент, когда я оказалась сильнее.

Теперь его очередь страдать и бегать за мной.

И мне ни капельки не стыдно за такие мысли. Следующий шаг за Ильёй. И он обязательно будет.

На подходе к подъезду замечаю знакомый силуэт через дорогу.

Миронов.

В груди загорается привычный огонёк. Становится так тепло на душе.

Делаю вид что не замечаю его. И гордо подняв голову прохожу в сторону подъезда. Походка от бедра.

Его ход.

Илья догоняет меня в два прыжка.

– Платонова, не притворяйся что не видишь меня, – он перехватывает меня за руку и разворачивает лицом к себе. Понятно, пытается показать, кто тут сильнее. Но не выйдет.

– Миронов, ты что здесь забыл? И как вообще узнал, где я живу? – делаю невинные глаза.

– Может хватит ходить с таким видом словно ты знаешь какой-то секрет? – вместо того, чтобы отпустить, Илья крепко держит меня обеими руками.

– Если и знаю, то что? – давно я не испытывала такого удовольствия видя, как Миронов бесится.

– Все не так как тебе кажется, Платонова.

– А что мне кажется, Илья?

Я смотрю ему прямо в глаза. Сейчас мы почти так же близко, как и несколько дней назад в раздевалке. Но потряхивает меня ничуть не меньше. А может и больше. Ведь теперь я понимаю, что Илья чувствует тоже самое.

Мы сходимся в этом порыве. Притягиваемся, как разные полюса. Не разорвать.

– Что я в тебя это.

– Что именно это? – губы непроизвольно складываются в улыбку.

– Ты поняла.

– Скажи сам. Тогда может пойму.

– Я в тебя не влюблен, – наконец он произносит это слово, будто это что-то заразное.

– Тогда, отпусти, – пытаюсь вырваться из его захвата. Но силы не равны.

– Не хочу.

Миронов упрямый. Очень. Упертый, я бы даже сказала. Не хочет меня отпускать, но и признаться в том, что любит тоже не может.

– Что между нами происходит? – Илья смотрит на меня с мольбой. Словно я могу как-то отменить это.

– Вот это да. Ты отлично разбираешься в физике и математике, но такие простые вещи тебе не понятны, Илья?

– Нет, – он наклоняется ниже, прижимается лбом к моей голове и с силой втягивает в себя воздух. Так на него похоже.