Под пристальным взглядом Марии Викторовны изображаю муки выбора. Хорошо, что с памятью проблем у меня нет и я легко запомнила все ответы.

– Вроде готово.

– Давай сюда, – она забирает тест и тут же его проверяет. – Уже лучше. Между тройкой и четвёркой. Но выдам аванс за усердие.

– Thanks, – не скрываю радости.

– Иди уже.

Из кабинета я выхожу с улыбкой до ушей. Надо же как удачно все вышло.

– Платонова, а ты куда? – Валерьянка тормозит меня возле лестницы.

– Домой.

– Задержись минут на сорок. Нужно помочь украсить актовый зал, – она говорит тоном не терпящим возражений.

Под её конвоем мы идём в сторону актового зала. Я в принципе и не против помочь. Просто мне думалось, что в гимназии ученики не участвуют в таких мероприятиях.

В актовом зале тишина и, как ни странно, полумрак. Горят только светильники по углам.

Я все понимаю, но одна я за сорок минут не справлюсь.

– Миронов, а ты почему сидишь? – голос Валерьянки эхом проносится по залу.

Илья сидит в самом углу и даже не поднимает голову от телефона.

– А у меня перерыв. Пять минут. Можно?

Я вижу, как у Валерьянки закатываются глаза.

И может быть и сама посмеялась бы над ситуацией.

Но в том, что мне придётся быть здесь с Мироновым я ничего смешного не вижу.

– Вот эта стена. Коробки лежат внизу, скотч ножницы, стремянка. И вот еще фотографии, как было в прошлом году. Расстояние между украшениями – два метра. Понятно?

Я смотрю на стену, которой явно не касалась рука Миронова. Чудесно. Царь будет сидеть, а я батрачить.

– Я сейчас ещё найду ребят. Вдвоём будет слишком долго.

Да ладно? И как я сразу не поняла.

Ирина Валерьевна уходит. А я осматриваю фронт работ.

– Довёл химичку. А тебя за что? – Миронов подкрадывается ко мне сзади.

– А мне нравится украшать зал.

Беру картинку с изображением наклеенных снежинок. На Илью не смотрю. Закатываю рукава на рубашке и нарезаю скотч. Маленькие кусочки клею себе на руку.

– Точно. Ты уже у нас Героиня. Спасательница. И на конкурсы ездишь, ещё и несёшь бремя самоотверженности в массы.

Поднимаю глаза на Илью.

– Я просто люблю новый год. Всю эту атмосферу. Предвкушение. Знаешь, вот это ожидание чуда. Что оно вот-вот случится, – мечтательно улыбаюсь. – А что любишь ты?

– Я знаю, что не люблю. Вот эти ваши ванильные сопли и розовые очки. Только не говори, что еще и в Деда Мороза веришь?

– Не скажу. Попробуй сам догадаться, – хватаюсь рукой за стремянку. Она оказывается тяжёлой.

Неожиданно для меня, Илья берет её и ставит в нужное место.

– Будешь мне подавать. И картинку разложи, чтобы я видела, – я залезаю почти на самый верх и клею самую первую снежинку. – Давай ещё.

Илья послушно подает мне следующую. А дальше мне даже не приходится говорить. Он и сам подает все, что нужно.

Работаем молча и быстро.

– Ну вот же. Посмотри, какая красота, – придирчиво осматриваю результат. – А мы с тобой – отличная команда.

Я специально говорю все с напускной весёлостью. Мне так легче.

Внутренний трепет почти не ощущается. Если я замолчу или остановлюсь, могу не справиться со своими эмоциями.

– Угу, – бубнит Миронов себе под нос. Но что это? Кажется, он сменил тон на более мягкий.

Смотрю на него сверху вниз. И только сейчас до меня доходит, что я вообще-то в сарафане, который сама же и укоротила.

И все это время Илье открывался отличный обзор на мои ноги. Хорошо ещё, что у меня плотные серые колготки.

От смущения заливаюсь краской. Надо быстрее слезать.

Я делаю несколько неловких движений и понимаю, что резко теряю равновесие и лечу прямо вниз.

Внутри все холодеет от страха. Я очень чётко осознаю, что упаду с большой высоты и это будет ощутимо больно.

Тело группируется на автомате под действием адреналина.

Но вместо жёсткого пола, чувствую тепло.

Илья ловит меня. А я от ужаса со всей силой цепляюсь ему за шею. Сила моего захвата огромна. Сердце внутри стучит, будто бешеное.

Он держит меня, как невесту. Делает это легко и непринуждённо.

Пару секунд я пытаюсь понять, как это все произошло. А потом у меня резко поднимается температура. От того, что Илья до сих пор не отпустил. От того, что я вцепилась в него, как ненормальная. От того, что чувствую его пульс. Ещё бы. Моё лицо в районе его шеи.

Миронов, в отличие от меня, спокоен. А ещё он очень приятно пахнет. Не знаю даже как описать этот запах. Мне просто нравится.