Он загорел. Кожа красивого коричневого оттенка. И как-то резко вырос. Тот же Илья, но совсем взрослый. Более серьёзный что ли. Волосы немного отросли, но ему идёт.

Есть ли хоть что-то, что может его испортить?

Я смотрю прямо ему в глаза. От нервного напряжения облизываю губы.

Я готова плакать, смеяться, драться, убегать и возвращаться. И все это одновременно.

– Илья, ты случайно нигде не ударялся на отдыхе? Забыл, что у нас что-то вроде перемирия?

– Я его отменил, – говорит жёстко и в этот раз меня пугает его взгляд.

– Какой же ты непостоянный. Отменил и ладно, дай пройти, скоро звонок.

– Кто бы говорил, Платонова.

– Не знаю, о чем ты, Миронов, но ты явно не здоров. Сходи в медпункт. Пусть тебя там дадут яда, – отвечаю со всей злостью на которую способна. Ненавижу его. Ненавижу. Опять и снова. Чтоб ты провалился Миронов Илья.

Эта злость прибавляет мне сил. Я даже пытаюсь сдвинуть его с места, лишь бы побыстрее выйти отсюда.

Илья только смеётся над моими попытками. Забавляется. Играет, как с игрушкой.

Я резко теряю весь напор. У него ведь теперь есть новая игрушка. А старая, вот, сломалась.

– Выпусти, пожалуйста, – говорю бесцветный голосом. Соберись, не хватает ещё забывать при нем. – Мне нужно на урок.

Неожиданно, но мои слова имеют эффект. Миронов отступает, освобождая мне дорогу к свободе.

Вместо Миронова в медпункт иду я сама. Жалуюсь на боли в животе и тошноту.

Медсестра участливо кивает и отпускает меня домой.

Это, пожалуй, первый раз, когда я симулирую болезнь. И продолжаю это делать дома. Мама, как раз берет работу в Москве. Заодно и с ней проведу побольше времени.

Она и сама не против, что мы сможем видеться почаще.

– Ты у меня такая взрослая, Каролинка, – она плетет мне косичку, как в детстве.

– Все мамы говорят это своим дочерям. А у тебя их две.

– И когда вы успели вырасти? Только вчера вроде бегали по дому и ругались из-за кукол.

– А у нас ничего не поменялось. Просто вместо кукол теперь другие игрушки.

– Каролина, ты совсем ничего не рассказываешь про новую школу. А я и не спрашиваю. Тебе самой-то нравится, – мама завязывает резинку и садится рядом. Я вижу, что у неё под глазами огромные синяки. И все из-за того, что она много работает и мало спит.

– Мне было непросто. Но сейчас уже все в порядке.

– Хорошо, – она улыбается. – Может испечем чего-нибудь?

– Конечно. Я только за.

Мы вместе печем сливовый пирог. Потом Евангелина приходит из института. Мы пьем чай и болтаем ни о чем. Так мне уютно и тепло дома. Кажется даже, что огромная ледышка вместо сердца начинает немного оттаивать.

За неделю, что я прогуливаю гимназию, успеваю о многом передумать. Кроме нашей последней встречи с Ильёй. Её я как раз старательно блокирую в памяти. Потому что мне снова начинает казаться, что все не просто так.

Ну и самое тяжёлое откладываю на потом.

Им оказывается решение про меня и Максима. Конечно, мне льстит факт того, что я ему нравлюсь. Это очень приятное чувство.

Но как только я начинаю представлять, как мы ходим с ним вместе за ручку, мой энтузиазм немного угасает.

С другой стороны не могу же я себя навечно замуровать. Рано или поздно я полюблю кого-то ещё, кроме Миронова. Это же не на всю жизнь. Так. Первое сильное чувство. Такое болезненно-сладкое. Манящее и отталкивающее одновременно.

Так ничего и не решив, иду в гимназию с тяжёлым сердцем и душой.

Я вдруг начинаю бояться этой самой встречи с Максимом.

В класс захожу с улыбкой и тут же выдыхаю. Его нет. Зато есть девчонки, с которыми я общаюсь.

– Привет, – ставлю рюкзак на парту и достаю учебник и тетради.

– Привет. Вот и наша королева бала. Ты чего, кстати, тогда так рано сбежала? А то я забыла тебя спросить, – говорит Таня.

– Да так. Не справилась с бременем власти, – перевожу все в шутку. – Какие новости?

– Ты про Максима или вообще? – подключается Лиля. Блин, здесь хоть что-то держится в секрете?

– Вообще.

– Если что, его не будет. Они уехали в Нижний на соревнования, – Таня смотрит на меня так участливо. Ждет моей реакции. Я лишь вешаю рюкзак на спинку стула. – А так больше ничего интересного. Кроме новенькой.

Последнее предложение заставляет сердце биться чаще. Она ведь не просто так появилась в гимназии. Илья заказал её лично для себя. Новую игрушку. Сломает так же, как и меня?

Он ведь даже не знает, что сделал мне намного больнее, чем планировал.

– Я и сама недавно была новенькой.